– Если поляки не навалятся на нас ровно через десять минут, эта рота вылезет наверх из проклятой расщелины и выступит на них лицом к лицу. Понятно?
– Так точно, сэр, – ответил лейтенант. Подобная атака станет самоубийством, и он понимал это.
– Лейтенант, к северу отсюда расщелина сужается до нескольких ярдов, а потом загибается на восток. Троих вполне хватит для того, чтобы не позволить врагам спуститься сюда. Возьмите сержантов Лайона и О'Лохлэнна. Заберите у убитых винтовки, мертвецам они не понадобятся, а в таком бою они надежнее пистолетов. Не забудьте патроны. Исполняйте. Чтобы через пять минут были там.
Трое мужчин молча повиновались.
Они держались низко и как можно ближе к восточному склону расщелины.
Шла осень, и после сухого лета в ручье оставалось немного воды, однако было очевидно, что весной, после таяния зимних снегов, вода стояла бы заметно выше. Нынешняя струйка воды превратится в потоп. Сейчас берега поднимались над уровнем воды на шесть-восемь футов, но весной расщелина наполнится до краев.
– Совсем разнервничался капитан, – тихо произнес сержант О'Лохлэнн с ноткой сарказма в голосе.
– Это не нервы, – буркнул сержант Лайон. – Атаковать в этом направлении может только идиот.
– Я про другое, сержант, – сказал Шон О'Лохлэнн. – Про то, что он так и рвется куда-нибудь меня упаковать; я не отбирал у него командование ротой, но он почему-то так считает.
– Тогда почему вы повинуетесь? – спросил Лайон.
– Судя по всему, по привычке. – В голосе сержанта О'Лохлэнна угадывалось недовольство собой.
Они подошли к узкой части ущелья. Здесь паводки смыли слой глины, обнажив две огромные перпендикулярные дну глыбы, по одной с каждой стороны, отвесные стенки, которые поднимались на семь футов с восточной стороны и почти на восемь футов на западе. Расстояние между ними составляло всего три фута.
– А капитан был прав, сэр, – заметил сержант Лайон. – Трое человек с винтовками никого не пропустят через эту щель.
Лейтенант Дарси посмотрел на наручные часы, а потом на открывшийся перед ними узкий коридор. Примерно тридцать ярдов он шел прямо, затем загибался на северо-восток, где стенки его снова становились глиняными.
– Думаю, справимся, – проговорил он. – Лишь бы гранатами не забросали. Едва ли среди них найдется человек, способный бросить гранату на такое расстояние, к тому же через эти камни, но исключить такую возможность нельзя. Давайте отойдем к последнему изгибу. Оттуда мы легко можем снять всякого, кто попытается протиснуться через эту щель, да и начиненный взрывчаткой снаряд туда труднее добросить.
Когда они заняли позицию, лейтенант Дарси проговорил:
– Будьте добры, сержант О'Лохлэнн, охраняйте тыл и приглядывайте за восточной стенкой, на тот случай если поляки попытаются отрезать нас от батальона.
– Есть, сэр.
Они стали ждать. Минуты тянулись медленно.
– Вы ведь не кадровый военный, так, сэр? – спросил сержант Лайон.
– Нет. Я еще в детстве досыта наелся армейских порядков. Мой отец был профессиональным военным.
– Это не тот ли полковник лорд Дарси, о котором постоянно твердит сержант Келли?
– Он самый. В прежние дни мой отец считал Келли образцовым воякой. A вы?
– И я не профессионал, сэр. Когда эта заварушка закончится, уволюсь сразу, как только получится.
За их спинами раздался голос сержанта О'Лохлэнна.
– А чем займетесь, когда выйдете в отставку, сержант?
– Я всегда считал, что имею склонность к священнослужению, – ответил Лайон, – но теперь более в этом не уверен, а раз не уверен, нечего даже пытаться. Постараюсь поступить в городскую Стражу. Охранять королевский мир мне по душе, и я уверен, что справлюсь с этим делом. А как насчет вас, О'Лохлэнн?
– Ну, со мной вопрос полностью ясен, – ответил крепыш-ирландец. – Я намереваюсь стать мастером магии.
– В самом деле? – удивился лейтенант Дарси. – Значит, вы уже прошли обследование на наличие Таланта?
– Не только прошел, сэр, но даже более: у меня в кармане уже лежит удостоверение подмастерья Гильдии.
– Неужели? Тогда какого черта вы делаете в армии? Вы могли без всякого труда получить отсрочку.
– Как и вы, сэр, смею сказать. Но кому-то же надо сражаться в этой проклятой войне, сэр. Я пошел в добровольцы по той же причине, что и вы, сэр. – Он помолчал. – Империя ожидает, что каждый мужчина выполнит свой долг, сэр.
Лейтенант глянул вперед. Прошла пара минут, но враг так и не подавал признаков жизни. «Да, – подумал Дарси. – Империя ожидает, что каждый мужчина выполнит свой долг».