Сжав зубы, девушка силой прогнала слезы. Еще не все кончено. Еще есть надежда.
– Нам пора.
С этими словами он оторвался от девушки, подошел к тумбе у двери и, схватив бутыль с кровью, поспешно осушил ее.
В тронном зале собралось не больше пятидесяти вампиров. Неужели столь многие погибли в схватках с новообращенными и приспешниками Ша-Рэма? Если так, то помощи ждать неоткуда.
Адриан сжимал руку Кристины так крепко, словно пытался всеми силами защитить ее от отчаянья и страха. Его холодное бесстрастное лицо выглядело таким чужим, когда он смотрел на отца.
Она снова смогла вздохнуть, лишь когда Адриан посмотрел на нее. Таким взглядом, который принадлежал только ей. В его глазах таились привязанность, нежность и желание заботиться. Слегка улыбнувшись, одними губами он прошептал: «Я всегда буду рядом». И сердце Кристины трепыхнулось в груди от силы чувств.
Адриан вновь посмотрел на отца, и Кристина позволила себе оценить выражения лиц Кирана и Нейтона. Она пыталась определить, кто же из них затеял эту войну. Кто посмел пригласить Ша-Рэма на континент, пообещав легкую победу.
Киран крепко держал за руку стоявшую рядом с ним Луизу. Их пальцы переплелись. Он выглядел так, будто явился на праздник. Свободной рукой Киран поправил расшитый темно-синий сюртук. Шейный платок цвета шампанского был завязан идеальным узлом на его шее. Его взгляд, как и всегда, был открытым и светлым, но что, если это маска? Даже Адриан, проживший почти две сотни лет бок о бок с братом, теперь сомневался в его искренности. Добро вполне могло оказаться злом, скрытым под миловидным образом. Что, если Киран и впрямь задумал нечто страшное? Возжелал править сам, вместо отца? Что, если избранник Луизы и впрямь самое настоящее чудовище? Как она справится с таким потрясением? Как отреагирует? Знакомый страх пробежал по венам Кристины. Никому нельзя верить…
Кристина медленно перевела взгляд на Нейтона. Любимый сын лорда, с которым тот обращается как с равным. Стал бы Нейтон рваться к власти, желая свергнуть любящего отца? Отца, который и без того все ему позволяет? Закрывает глаза на любые шалости?
Почувствовав взгляд Кристины, Нейтон едва заметно обернулся и прищурился. Его губы расползлись в неприятной хищной улыбке. Таинственной. Вульгарной. Подмигнув Кристине, Нейтон отвернулся, вновь воззрившись на отца.
Нейтон вызывал отталкивающее впечатление. Но он ведь всегда таким был. А тогда, в Навкаре, они вроде бы даже сблизились. Нейтон спас Кристину от ослепленного жаждой крови Адриана, поговорил с ней по душам и даже пальцем не тронул. Обещал защищать ради брата. И ведь правда защищал!
У Кристины опустились плечи. Она устала теряться в догадках. В душе поднималась такая сильная тоска, которую никак не удавалось отогнать. Встрепенувшись, она попыталась собраться. И еще раз оглядела присутствующих.
Вампиры в тронном зале вовсе не выглядели воинственно. Кто-то устало вздыхал, кто-то с мрачным выражением лица притрагивался к своим свежим ранам. Они выглядели так, будто скорее предпочтут сбежать с поля боя, нежели вступить в этот самый бой.
И лорд Громового Утеса это прекрасно понимал. Гнев исказил его лицо.
– До меня дошли слухи, что кланы Стоктонов и Бёргов сегодняшним утром примкнули к Ша-Рэму. – Звук его голоса был похож на удары хлыста. Крейган Лерой мерил широкими шагами зал, меча озлобленные взгляды на собравшихся. – Идиоты! Неужели они всерьез возомнили, будто этот тиран с востока пощадит их гнусные жизни?
Само пространство вокруг него бурлило от негодования. Склонив головы, остальные вампиры молчали.
– Может быть, среди вас есть такие же трусы? – Остановившись, лорд прорезал толпу острым взором. Его голос просачивался прямо под кожу. – Те, кто от страха готов пасть ниц перед врагом?!
– Господин, – какой-то смельчак поднял на предводителя хмурое лицо, – в схватке с ордой неонатов из всего моего клана выжил лишь я один. У меня никого не осталось. И подобный исход у многих из нас. – Некоторые вампиры оживленно закивали. – Идти на Ша-Рэма сейчас, когда наши силы так поредели, безумие.
– Верно! – загудели голоса на разные лады. – Вы призываете нас пойти на смерть!
– Да, призываю! – рявкнул Крейган Лерой. – Но не на смерть, а во имя жизни! Много ль стоит твоя жизнь, Джозеф? Теперь, когда твоей милой Лилиан больше нет? Той самой Лилиан, той единственной, судьбой предначертанной, за которую ты так отчаянно молил когда-то? Помнишь, как я обратил ее для тебя? Помнишь, как вы плакали от счастья, сливаясь в поцелуе? – Уронив голову, мужчина горько зарыдал при упоминании его погибшей жены. – Я дал тебе ее бессмертие! А Ша-Рэм его отнял! И что же, после такого ты готов склониться перед ним, лишь бы он не лишил жизни тебя самого?!
– Нет, мой господин, – негромко проговорил Джозеф. – Я хотел предложить бежать. Нам всем.
