– Клянусь святой Матильдой, – заверила я.
– Хорошо. – Он пристально рассматривал мое лицо, словно пытался в нем увидеть что-то одному ему известное. – Лесли Уимбер выбрал вас потому, что спектр вашей магии наиболее близок к спектру магии Оттона ле Ферна. Вы, наверное, тоже об этом уже думали, не так ли?
– Что? – Я пораженно уставилась на Аш-исси. – Но… но зачем? С какой целью?
Я даже не сообразила, что он взял меня за руку и мягко перебирал мои пальцы.
– Все просто, мисс Кромби. Видите ли, короля очень сильно интересует, за счет кого Оттон ле Ферн устроил в замке такую роскошь с крайне высокими магическими затратами.
– Но у него резерв, – промямлила я, – большой. Очень.
– Не смешите меня, мисс Кромби. Человеческий резерв не в состоянии поддерживать все это, – и он неопределенно махнул рукой, обводя окружающее нас пространство.
А я вспомнила, как подсчитывала мощность заклинаний и не верила своим глазам.
– И при чем здесь я?
– А вы, обладая магией идентичного спектра, можете распутать заклинания ле Ферна и узнать, откуда он тянет такие мощности, – негромко и терпеливо пояснил Аш-исси. – А еще можете не только узнать, но и разрушить все это, что вполне совпадает с дальнейшими планами его величества.
– Но зачем здесь все рушить? – Я не понимала, все еще ничего не понимала.
– Потому что, мисс Кромби, королю очень не нравится, что кто-то по могуществу может сравниться с ним. Это расшатывает трон, понимаете?
Подумать только! В голове не укладывается!
Я уставилась на бледное лицо Аш-исси, все еще не до конца веря.
– Тогда почему они не послали кого-нибудь из агентов его величества? Я ведь не единственная, у кого такой же спектр магии.
– Потому что так совпало, что ле Ферн искал гувернантку. У вас магия идентичного спектра. А еще потому, что, входя в замок Ферн, вы не знали о своей истинной роли. Идеальная кандидатура для выполнения задания. А ведь все агенты, все до единого, не выдержали проверки заклинанием дознания, установленного на внешних входах на территорию замка. Все до единого они попросту сгорели, потому что знали, на что идут. А вы не знали и потому до сих пор живы.
– Ох, – пробормотала я, – это все?
– Да, это все, что мне известно, – мягко ответил Аш-исси, так и не выпустив моей руки. – Так как насчет поцелуя? – Он задорно блеснул глазами.
Я всегда подозревала, что мужчины существа крайне себялюбивые и в то же время непосредственные. У меня тут, понимаете ли, мир вокруг рушится, осыпается пыльными хлопьями, а ему поцелуй подавай. Впрочем, информация того стоила и я смирилась. Шагнула в тень под старое дерево, потянула его за собой.
– Я готова. Можете приступать. Все по-честному.
И, закрыв глаза, послушно запрокинула голову. Придется немного потерпеть, ничего не поделаешь.
Аш-исси помедлил несколько бесконечно длинных мгновений, затем осторожно обнял меня за талию, притягивая ближе к себе. Я невольно уперлась ладонями ему в грудь, в совершенно гладкую ткань. Что-то показалось мне странным, но я так и не разобралась, что именно, еще через мгновение мои губы опалило горячее дыхание. Он медленно, словно растягивая удовольствие, прикоснулся своими губами к моим, затем легонько прихватил нижнюю губу, играючи. Я сжалась в комок, не зная, то ли дать пощечину, то ли бежать. Впрочем, нет. Все должно быть честно. И я заставила себя расслабиться, отдалась на волю мужчины. Он еще раз нежно прихватил мои губы своими, затем прижал меня к себе чуть крепче. Его рука переместилась к моему затылку – видимо, чтобы я не могла вырваться, – а затем он куснул меня чуть более сильно, с нажимом, заставляя приоткрыть рот. Я и тут подчинилась, хотя уже и сомневалась, что так можно. Поцелуй стал глубже, настойчивее. Придерживая мою голову, Аш-исси неторопливо и обстоятельно пробовал меня на вкус, лаская мои губы, потом к этому безобразию добавился язык, но, как ни странно, мне не было ни мерзко, ни противно. Просто невообразимые ощущения обрушились на меня, а в затуманенном сознании всплыло одно-единственное словечко: «вкусно». То, что он мне говорил раньше. И когда он наконец отстранился, все еще обнимая меня за талию, мной овладело странное чувство, как будто всего этого мне было мало.
Определенно, мне надо было отвесить наглецу пощечину, но это бы выглядело крайне глупо. Я опустила голову и замерла. Что бы ни было сказано дальше – пожалуй, все будет глупо, это я отчетливо понимала.
– Возможно, вы еще что-то хотите узнать? – промурлыкал Аш-исси. – Так я готов, по той же цене.
Конечно, я могла бы промолчать, смущенно опустить глаза и уйти – просто уйти! Да и нужно было уходить, но что-то как будто держало.
Я подняла голову и спросила:
– Почему герцога так взбесил узел у меня на голове? Потому что я его не послушалась? Или была иная причина?
