Другие дети тоже подняли свое "оружие" вверх в воинском салюте и издали что-то, долженствующее изображать боевой клич. Но с их писклявыми голосами получилось больше похоже на ржание укушенной слепнем в зад лошади.
-- Ты хочешь сокровищ? - подыграл им Трюми. - Я зарублю вас всех, и заберу себе еще больше богатств!
Над переулком повисли веселые детские вопли и перестук деревяшек. Трюми отражал атаки "рыцарей", не забывая время от времени совершать ответные выпады. Впрочем, это было несложно, ведь в своих играх дети, как правило, пытаются поразить не самого противника, а его оружие.
Казалось, что все хорошо -- веселые дети, хорошая игра, но в какой-то момент все переменилось. Стих смех, а "боевые кличи" превратились в озлобленные угрозы. Но наивный Трюми заметил перемену, только когда сын кузнеца ударил его по пальцам, выбив из них палку. Трюми согнулся от острой боли в кисти, баюкая пострадавшую руку, как ребенка. Боль была такой сильной, что он даже не заметил, как его сбили с ног.
Но то, как его начали бить и ногами, и палками, он, разумеется, не почувствовать не мог. Он свернулся калачиком, стараясь сжаться, стать как можно меньше, а весь мир вокруг него превратился в сплошную боль. Он плыл в этом океане боли, как судно в шторм, а сквозь красную пелену, заполонившую его сознание и заслонившую все вокруг, пробивались полные злобы голоса.
-- Злодей!
-- Отдай наши деньги!
-- Вор, грабитель!
А следом летели все новые и новые удары. Трюми для этих детей превратился в олицетворение бывшего господина этого города. Злоба, вышедшая из их родителей на городской площади, выплеснулась из детей бурным потоком.
Но внезапно все стихло. Все звуки перекрыл чей-то мощный рокочущий голос:
-- Прекратить!
Трюми приподнял голову и через слезы, замылившие его взор, увидел приближающийся к нему силуэт. Через несколько шагов силуэт перестал быть размытым и превратился в высокого мужчину в черной рыцарской накидке и в красном золоченом поясе. Дети раздались в стороны, и рыцарь, подойдя, склонился над Трюми.
-- Я отнесу тебя домой, малыш, - сказал рыцарь, поднимая его на руки. - Ты только покажи, в какую сторону идти.
Но Трюми молчал. Трюми растворился в блаженном забытье.
В дверь кабинета градоправителя требовательно постучали. Потом, не дождавшись ответа, постучали еще раз. Потом еще сильнее. А затем постучали так сильно, что дверь кабинета открылась внутрь, хотя она должна была открываться наружу.
Рыцарь в черном зашел внутрь и швырнул на стол к ошарашенному хозяину кабинета грязную тряпку, еще недавно украшавшую собой ратушу, а после служившую плащом для Трюми.
-- Объясняй! - коротко и резко сказал рыцарь.
Толстые щеки градоправителя от испытанного гнева почти сравнялись цветом с его пурпурным камзолом, но сказать в ответ он ничего не успел, так как в кабинет, положив руку на рукоять меча, вошел рыцарь в белом.
Черный рыцарь развернулся ему навстречу, но не притронулся ни к мечу, ни к кинжалу, висевшим по разные стороны его пояса. Какое-то время они молча стояли друг напротив друга. Молодой, светловолосый и голубоглазый рыцарь в белом сверлил взором рыцаря в черном. Ответом ему служил безучастный, спокойный взгляд его старшего товарища по рыцарскому сословию. Его короткие, темные, с небольшой рыжинкой, волосы были неподвижны, в то время как длинные светлые локоны рыцаря в белом, казалось, жили своей жизнью, шевелясь от гнева. Но на деле, разумеется, шевелил их ветер-сквозняк, задувавший через окно в открытую дверь кабинета.
Рыцарь в черном огладил свою короткую бороду, ухмыльнулся и первым разорвал заполнившее комнату молчание.
-- Ну что же, так и будем стоять? Или вы, благородный господин, соблаговолите высказать мне причину своего не менее благородного гнева? - сказал он и ухмыльнулся еще шире.
-- Для начала вам стоило бы представиться. А потом объяснить, почему вы вломились сюда! - гнев во взгляде светловолосого рыцаря не угас, но руку с оружия он все же убрал.
Услышав эти слова, рыцарь в черном отвесил шутовской поклон.
-- Вы видите на мне герб? Нет? Так ведь я здесь инкогнито! Можете считать, что я принял обет, и покуда он не будет выполнен, можете звать меня, как сочтете нужным. Хоть Черным Рыцарем, хоть Красным Поясом! - и улыбнулся, уперев правую руку в этот самый пояс.
-- И что же привело такого таинственного господина сюда? - рыцарь в белом тоже улыбнулся, но недобро.
-- Причина лежит на столе -- махнул в ответ рукой Черный Рыцарь в сторону так и не вымолвившего ни слова градоправителя.
Градоправитель прервал повисшую тишину нервным стуком пальцев по столешнице, а затем прервал ее еще раз, уже голосом.
-- Наш город был вынужден сменить покровителя. Красный Дракон не только увеличил налоги, но и присвоил себе городскую казну. Теперь мы платим за защиту не ему, а вот этому благородному господину -- кивнул он в сторону светловолосого.
Черный Рыцарь на несколько мгновений растерялся, а затем пристально посмотрел в глаза градоправителю.
