Но если посмотреть с иной точки зрения? Что получили жители Чамбарда? Они обрели настоящую армию кузнецов, каменщиков, големостроителей и мастеров прочего толка.
Представители иной расы теперь сами защищали людей! Они отгрохали новый, куда более защищённый город под землёй! Привнесли в жизнь големов, настоящее шоссе и ещё кучу магических примочек! Жизнь стала проще, безопаснее!
Теперь не сами люди рисковали своими жизнями, а их «бравые защитники» — дварфы!
И всё это благодаря усилиям одного человека. Который впоследствии не только заполучил в свои руки ресурсы одной фракции, но сразу трёх! А потом и вовсе четырех!
Ришелье. Арбитр Антанты.
Он стал на полголовы выше остальных. Не член Тетрахии, но Арбитр. Настоящий судья в мелких и не очень склоках. Тот, к кому идут за советом. На кого полагаются в разрешении тех или иных споров и конфликтов.
Некоронованный король Антанты.
Этот человек куда умнее, чем может показаться. За каждым его мотивом скрывается второе дно.
Вот как сейчас.
Взаправду ли Рамзес решил «быкануть» на меня по собственному желанию? Или же его кто-то науськал?
А может, это просто моя обострённая паранойя?
У меня нет никаких доказательств. Организатор не оставил никаких следов.
Но даже этого словно было мало. Склока с Рамзесом оказывается лишь предлогом для списания Спарты в ряд нижестоящих фракций относительно Антанты.
На первый взгляд, Ришелье предлагает мне выход из ситуации. Принять участие в военном совете, как я и планировал, не провоцируя местных гордецов. Но как это будет выглядеть со стороны?
Члены-участники Антанты и Спартанское Королевство… у которого нет права голоса.
Это создаст прецедент, от которого впоследствии можно будет легко отталкиваться. Это позволит манипулировать моей фракцией, как чем-то нижестоящим. Мол, смотрите, мы не равные союзники, а лидер и подчинённый.
Не было произнесено ни единого слова, которое бы намекало на подобное отношение.
Но все действия Ришелье к этому и ведут.
Как ловко. Как хитро. Как элегантно! Без единого выстрела, без единого столкновения лбами взять и определить целое Спартанское Королевство в разряд подчинённых!
Губа, что называется, не дура!
И ведь всё прошло бы по маслу… не будь у меня покаченной Воля. Уверен, так навык «Переговоров» и действует. Он убеждает тебя в правильности слов оппонента.
Я ведь хочу участвовать в военном совете Тетрахии? Хочу!
Я и приму участие! Но с маленьким условием! Только и всего! Сущая мелочь!
Мои губы растягиваются в искренней улыбке. Я встречаюсь взглядом с торжествующим Ришелье. Он уже знает, что его спектакль прошёл как по ночам.
Мне нет резона отклонять его предложение, верно? Верно же?
— И всё-таки я откажусь.
Мой голос эхом разносится по помещению. Ришелье ошарашен. Удивлены люди и дварфы вокруг.
Все смотрят на меня широко раскрытыми глазами.
Король Спарты, что… только что послал Арбитра Антанты?
Причина же шока Ришелье несколько иная. В этот самый момент он осознаёт, что его навык не сработал.
Я не поддался «Переговорам»! Класс Диплома оказался бесполезен против меня.
Я ожидал разного. Того, что лицо Ришелье покроется красными пятнами от гнева или смущения. Или что он замрёт, как вкопанный, не в силах прийти в себя
А ожидал всякого.
Но не того, что Арбитр просто и незатейливо улыбнётся. Широко, искренне. Словно приятно удивлён неожиданным исходом.
Его так тщательно встраиваемую схему сломали о колено на глазах у публики, а ему весело⁈
— И вправду, — довольно щурится Ришелье. — Между настоящими союзниками нет преград. Потому негоже ограничивать Спарту в её голосе. Я ведь верно говорю, Король Шурик?
— Предельно, — отвечаю я на улыбку мужчины.
— Тогда решено! Король Спарты примет участие в военном совете! Как полноценный советник! Мы покажем ему, как ведётся война на Фронтире! Господин Эленхир?
— Слушаю, — сухо отвечает толкинист.
— Не покажите ли вы дорогу нашему гостю издалека? — просит Ришелье.
— Прямо до места совета? — тускнеет на глазах эльф.
— В точку.
— Хорошо, я это сделаю, — вздыхает Эленхир. — Король Шурик, прошу за мной.
— И куда мы пойдём? — поравнявшись с мужчиной на выходе из зала, спрашиваю я.
— На взлётную полосу, — морщится Эленхир.
— Куда?
— А вы что думали, Король Шурик? — кривит лицо мой сопровождающий. — Фронтир находится неблизко. А потому… готовьтесь к долгому полёту. И не забудьте взять с собой «тошнотный» пакетик. Уверяю, он вам пригодится.
Рёв моторов. Лёгкая тряска фюзеляжа. Писк датчиков. Именно так выглядит полёт на гамбургском бомбардировщике.
Ни о каком комфорте не то что не идёт речи — его и в помине тут нет!
— Ненавижу полёты. Ненавижу самолёты, — напротив меня сидит Шомпол. Стоило только дварфу залезть в салон бомбардировщика, как весь его пыл резко поугас.
Теперь передо мной сидит бледный, как мел, бородач. Который для пущей надёжности привязался к своему креслу аж пятью ремнями!
Настоящая мумия, окутанная бинтами! Только голова и свободна! И то вокруг лба тоже обмотан ремень. Поди для фиксации ценного содержимого черепной коробки.
