Даже не представляю, какие усилия необходимо приложить, чтобы уничтожить такой крепкий орешек. Те же пожиратели могут хоть сутки напролёт обстреливать кислотой такую твердыню, а всё равно не смогут взять!
И подобных крепостей целые десятки! Они тянутся от одного края горизонта до другого!
Между ними проложены петляющие шоссе. На которых можно заметить десятки, сотни колонн големов.
Это отряды, ответственные за снабжение и логистику крепостей. Именно на их плечи ложится поставка патронов, снарядов и предметов первой необходимости для крепостей.
Они же доставляют пополнение для выбывших солдат. Впрочем, не ими одними едины.
Хватает среди операторов големов и простых патрульных. Именно на них проводится разведка в окрестностях крепостях.
В облаках справа от нас мелькает и рой штурмовиков. Это вновь самолёты Гамбурга. Куда более маневренные, нежели бомбардировщики. Навскидку могу предположить, что Гамбург брал за основу Ил-2, один из самых известных самолётов-штурмовиков времён второй мировой.
Совершая опасный маневр, летательные аппараты срываются вниз к поверхности и обрушивают огонь из своих орудий на невидимого для меня противника.
В клубах дыма, столбах огня и облаках пыли я могу разглядеть лишь белоснежные жгутики. Уже их достаточно, чтобы догадаться о сущности неприятеля.
На поверхности земли тут и там вспыхивают разноцветные огни. Как поясняет мне мой рыжий попутчик, это барьерная магия Эленхейма.
Толкинисты сражаются на равных с дварфами и игроками других фракций. Где-то там, по мёртвой земле, носятся и молочники на пару с ебалаями. На их плечах лежит обязанность по обнаружению корней Грибницы. Как оказалось, нюх ебалаев позволяет уловить присутствие этого невидимого противника.
Дварфы, «эльфы» и люди — Фронтир демонстрирует всё то, на что способна единая Антанта. Каждая из фракций компенсирует недостатки друг друга.
Дварфы возводят неприступные крепости. Гамбург обеспечивает поставки вооружения. Эленхейм ставит дополнительную защиту и обеспечивает гибкость для объединенной армии своими барьерами.
А Альмарау выводит на передовую своих чутких ебалаев, не говоря уже о поставках зелий и прочих необходимых расходников.
Да, здесь идёт война совсем иного масштаба! Совсем иного размаха!
Десятки и десятки километров, обращённые в бесконечный театр военных действий. Фронтир никогда не спит, никогда не знает покоя. Грибница ведёт наступление на эти земли без остановки, без продыху. Стычки и битвы случаются каждый день на протяжённости всего фронта.
Как долго Спартанское Королевство смогло бы выстоять под таким давлением? Под столь ожесточённым натиском?
У меня нет ответа.
Тем больше я убежден — Антанте необходима помощь моей фракции. А Спарте необходимо существование Антанты.
Если я не хочу, чтобы подобная война добралась до границ Спартанского Королевства, нам необходимо избавиться от Грибницы как можно раньше.
Как можно скорее.
В динамиках вновь раздаётся голос пилота.
— Мы идём на посадку, дамы и господа! Держитесь крепче! Сейчас нас тряхнёт, как следует!
— Земля родимая! Моя земля! Любимая! М-м-ма!
Стоит только открыться двери салона, как Шомпол в числе первых выскакивает наружу. Так мало того, коснувшись твёрдой земли, он тут же начинает целовать покрытие взлётной полосы.
И другие дварфы от него не отстают ни на шаг. Вот вам и гордые воины! Всей толпой сейчас катаются по взлётной полосе и хохочут от счастья.
— Поспешим, а не то они несколько часов кряду будут волочиться по земле, — произносит Рамзес. И в данный момент я был с ним даже согласен.
Наш отряд проходит к ангарам, размещённым вдоль взлётной полосы. Тут нас уже дожидается колонна из големов.
Никакого единства между ними также не наблюдается. Здесь встречается уже знакомый мне шестилапый каменный паук, но хватает и моделей совершенно незнакомых.
Чего только стоит огромная горилла из какого-то пористого материала. Выглядит точно не от мира сего!
Вместе с лидерами Тетрархии мы занимаем кабину первого в колонне голема. На этот раз это оказывается гигантский муравей.
На заданный мною вопрос — в чём вообще состоит разница между этой моделью и каменным пауком, пыльный, но довольный Шомпол даёт свой ответ.
— Видите ли, Король Шурик, каждый голем по-своему уникален! — гордо выпячивает грудь дварф. — Каждое наше творение имеет какую-то свою изюминку! Особенность!
Мужчина хлопает по стене нашей кабины.
— Тот же голем-16 устроен таким образом, чтобы его «усики» работали как усилители антенны. С его борта можно связаться с любой ближайшей крепостью. Например, сообщить о том, что высокое начальство уже прибыло и вот-вот заявится в гости! Ха-ха-ха!
Выдержав паузу, Шомпол дополняет:
— Но что самое главное — с каждым новым големом мы приближаемся к Абсолюту! А поэтому мы просто физически не можем не экспериментировать с нашими творениями!
— Абсолют? Что это? — спрашиваю я.
— Недостижимый идеал, — закатывает глаза Рамзес. — Одна из одержимостей всей расы дварфов.
