— Это было бы одно дело, — Эмма произнесла, — если бы ты просто изменил, что и так очень подло, но Зара? Ты — причина, по которой она прибыла сюда. Ты знаешь, что мы не… Ты знаешь, Джулиан должен быть осторожен.
— Он не должен так сильно беспокоиться, — безэмоционально сказал Диего. — Зара заинтересована только в том, что может принести ей пользу. Я не думаю, что она имеет хоть какой-то интерес в тайнах Артура, а только в получении внимания со стороны Консула за успешное завершение этой миссии.
— Легко предположить.
— У меня есть причины на все действия, которые я совершаю, Эмма, — он сказал. — Может быть, Кристина их сейчас и не знает, но в один прекрасный день — будет.
— Диего, у каждого есть причины на всё, что они совершают. И у Малкольма была своя.
Рот Диего превратился в тонкую линию. — Не сравнивай меня с Малкольмом Фейдом.
— Потому что он был колдуном? — голос Эммы был опасно низок. — Потому что ты думаешь так же, как твоя невеста? Про Холодный мир? Про магов и фейри? Про Марка?
— Потому что он был убийцей, — Диего проговорил сквозь зубы. — Что бы вы ни думали обо мне, Эмма, я не бесчувственный фанатик. Я не верю, что жители Нижнего мира стоят ниже нас, должны быть зарегистрированы или подвергаться пыткам…
— Но ты признаешь, что Зара такая, — заявила Эмма.
— Я никогда ничего ей об этом не говорил, — произнёс он.
— Возможно, ты поймёшь, почему мне интересно, как ты мог предпочесть её Кристине, — сказала Эмма.
Диего напрягся и закричал. Эмма уже забыла, как быстро он мог двигаться, несмотря на его тяжёлое телосложение: он бросился назад, произнося ругательства, и дернул левой ногой. Ворча от боли, он скинул свой сапог. Колонны муравьёв маршировали по его лодыжке и бегали по ноге.
— О, дорогой, — произнесла Эмма. — Ты, должно быть, стоял на муравейнике. Ну, ты знаешь. Абсолютно случайно.
Диего сбрасывал муравьёв, всё ещё ругаясь. Он снёс ногой вершину муравейника, и его обитатели хлынули из него.
Эмма отступила назад. — Не волнуйся, — сказала она, улыбаясь. — Они не ядовиты.
— Ты обманула меня, чтобы я встал на муравейник? — он сунул ногу обратно в ботинок, но Эмма знала, что он не избавится от зудящих укусов в течение нескольких дней, если он не использует Иратце.
— Кристина взяла с меня обещание не трогать тебя, так что пришлось импровизировать. Ты не должен был обманывать мою лучшую подругу, — произнесла Эмма. — Несчастный лжец, — сказала она на испанском.
Он уставился на неё.
Эмма вздохнула. — Я надеюсь, это означало то, что я имела ввиду. Не хотелось бы просто прозвать тебя ржавым ведром или что-то типа того.
— Нет, — сказал он. К её удивлению, он звучал уставшим и изумлённым. — Это означало то, что означало.
— Хорошо, она зашагала обратно к дому. Эмма была почти вне пределов слышимости, когда он окликнул её. Она обернулась и увидела его, стоящего там, где она оставила его, видимо, не обращающего внимания на муравьёв и палящее солнце на своих плечах.
— Поверь мне, Эмма, — сказал он, достаточно громко, чтобы она слышала его. — Никто не ненавидит меня больше, чем я ненавижу себя прямо сейчас.
— Ты действительно так думаешь? — спросила она. Эмма не кричала, но она знала, что слова донесутся до него. Диего долго молча посмотрел на неё, прежде чем она ушла.
День оставался жарким до вечера, когда начался шторм над океаном. Центурионы ушли до полудня, и Эмма не могла не смотреть в окно с тревогой, когда солнце закатилось за массы чёрных и серых облаков на горизонте, сквозь зарницы.
— Думаешь, с ними всё будет в порядке? — спросила Дрю, её руки теребили рукоять её метательного ножа. — Разве они не в лодке? Это выглядит как сильный шторм.
— Мы не знаем, что они делают, — сказала Эмма. Она чуть не добавила, что благодаря снобистским стремлениям Центурионов скрыть свою деятельность от Сумеречных охотников Института, было бы очень трудно спасти их, если бы случилось что-то опасное, но она видела лицо Дрю, поэтому промолчала. Дрю практически боготворила Диего и, несмотря ни на что, он ей всё ещё нравился.
Эмма почувствовала укол сожаления из-за происшествия с муравьями.
— Они будут в порядке, — произнесла Кристина ободряюще. — Центурионы очень осторожны.
Ливви позвала Дрю пофехтовать с ней, и Дрю направилась в сторону, где Тай, Кит и Ливви стояли вместе на тренировочном мате. Каким-то образом Кита убедили одеться в тренировочное снаряжение. Он был похож на мини-Джейса, Эмма подумала с изумлением, с его белокурыми локонами и угловатыми скулами.
Позади них, Диана показывала Марку новый приём. Эмма моргнула — Джулиан был там буквально мгновение назад. Она была уверена в этом.
— Он пошёл проведать своего дядю, — говорит Кристина. — Там что-то связанное с его нелюбовью к бурям.
— Нет, это Тавви не любит бури… — голос Эммы затих. Тавви сидел в углу тренировочной комнаты, читая книгу. Она вспомнила все разы, когда Джулиан исчезал во время бури, утверждая, что Тавви пугался их.
Она всунула Кортану в ножны. — Я скоро вернусь.
