Мама села в кресло и вопросительно взглянула на лорда Дэланея, едва заметно кивнув на соседнее с ней кресло. Но садиться барон не собирался. Наверное, сейчас, в состоянии довольно сердитом, он предпочитал стоять.
Над дверным проёмом из прихожей в гостиную закачались занавески – неуверенно заглянула Наида. Причём сразу начала искать глазами барона. Тот резко сказал:
- Подожди на кухне!
- Да, ваша милость.
И волчица мгновенно скрылась за занавесками дверного проёма. А Эля ещё ниже опустила голову.
- Наида уже давно член нашей семьи, - негромко заметила мама. – Да и неплохо бы ей знать, что у нас происходит.
- Она всё узнает потом, - высокомерно бросил барон Дэланей. И тяжело взглянул на Элю. – Юная барышня, я бы хотел поговорить с вами о вашем поведении. В нашем мире вы совершенная чужестранка, а потому не имеете права бродить там, где вам вздумается. И тем более – общаться накоротке с личностями, всей опасности которых вы себе не представляете. Исходя из вышесказанного… вы наказаны. Я вписываю ваше имя в портальную структуру, как отрицательное. Сегодня же. И с момента вписания воспользоваться порталом для перехода в наш мир вы не сумеете. Это всё.
Мягко стукнул о палас выпавший из пальцев Эльки кусочек пластика. Демира проводила машинальным взглядом, как он коротко прокатился, а потом посмотрела на сестрёнку. Эля, побелевшая, смотрела в никуда. И Демира внезапно вспомнила, как всего полчаса назад сестрёнка буквально лучилась счастьем, будто солнышко.
Дядя прав. Но…
Лорд Дэланей перебил её мысли и добавил совершенно неожиданное для всех:
- И снимите с пальца кольцо Олсандэйров. Оно вам ни к чему. – И раздражённо: - Ну? Давайте его сюда!
Откуда он знает, что кольцо Эльке подарил Гарм?
Ой… Он же магически видит…
Элька открыла рот, но ничего произнести не смогла. Только жалко пискнула что-то. Наверное, осипла. Прокашлялась и выпалила:
- Ни за что!
Она даже руку к себе прижала, пряча колечко другой рукой.
- Быстро! – на угрожающе низких нотах потребовал лорд и протянул руку.
Демира заметила: Элька мельком посмотрела на неё, на маму – и такая безнадёга в глазах, которые быстро наполнялись слезами. Кажется, сестрёнка думает: ей никто не поможет! Ни старшая сестра, ни мама…
Но мама и правда сидела в кресле, немного съёжившись и то и дело напряжённо пожимая кисти рук, словно замёрзла. Только переводила растерянный взгляд с младшей дочери на барона. И обратно.
Мама не скажет ни слова – и Демира это поняла отчётливо, помня, что она, как минимум, симпатизирует лорду Дэланею.
Но это… несправедливо! Пусть Элька сглупила и повела себя как малолетняя идиотка, но она своя! Не будь Эльки, Демира не попала бы к маме Лизе! И вообще… Прав ли дядя, когда лупит из пушки по воробьям?..
Элька, вздрагивая от подступающих рыданий, затравленно вжала голову в плечи, сжимаясь в комочек, который вот-вот… Демира даже без предвидения сообразила, что сейчас произойдёт: сестрёнка бросится от дивана, пытаясь сбежать в их комнату, а дядя легко поймает её и силой сдерёт обручальное кольцо с её пальца…
- Сиди! – с холодным бешенством скомандовала Демира сестрёнке, которая уже не могла удержать слёз.
Девушка встала с дивана – перед дядей и медленно, стараясь не сорваться на истерику, на крик и оскорбления, заявила:
- Эля и её поступок – это наше семейное дело. Так что это не вы, а мы, я и мама, сами обсудим его и решим, стоит ли её наказывать, а если стоит – то каким образом.
- Я согласна с Демирой, - неожиданно сказала мама, словно очнувшись, и тоже встала с кресла. – И не позволю рычать на мою младшую дочь, как на существо второго сорта. Мне хватило воплей моего бывшего мужа, который думал, что может мной командовать в таких ситуациях. И мне не нравится, что ты… вы говорите об Эльмире, как о постороннем нам всем человеке. Эльмира – моя дочь, и вам придётся считаться с этим.
Барон смотрел на неё секунды, прежде чем сесть на первый попавшийся стул.
- Вы… все… не понимаете опасности… - начал он, выделяя каждое слово и в то же время говоря таким тоном, словно он понял всю безнадёжность каких бы то ни было объяснений всем трём «дамам», но вынужден снова и снова говорить об этом. – Вы не понимаете, что это такое – общаться…
- Всё! – внезапно прервала его Элька и, глубоко вздохнув, медленно выдохнула, глядя на всех исподлобья. Глаза высохли, а остатки слёз она стёрла. А вот ноздри всё ещё раздувались, как тогда, когда она пыталась удержать плач. – Я вконец запуталась – и мне это не нравится. Мне не нравится, что столько всего… я даже не знаю, как это назвать, но мне не нравится, что вы сразу все злитесь друг на друга. И всё только потому, что я подружилась с Гармом. Поэтому завтра утром я уезжаю к бабе Нюсе. Чтобы мозги привести в порядок. А то – кипят. Честно. Делайте, что хотите. Хотите – оставляйте мне пропуск к порталу. Хотите – нет. Я устала, ясно? Может, хоть в деревне успокоюсь, чем буду продолжать здесь нервничать.
