Экк кивнул еще раз, на сей раз — утвердительно, будто подтверждал слова Руэри.
— А потом оказалось, что это они и есть упыри, те, кого я год считал обычными мальчиками, своими друзьями!
— С упырями надо будет, конечно, разобраться, — Экк пробормотал это вовсе тихо, но Руэри услышал. — А чем тебе может помочь ши, раз твои родители в заключении? Какое чудо возможно подарить тебе, чтобы храброе сердце Рыжего Короля не болело?
— Я… Я не знаю, — Руэри опустил голову, — вот разве что сломать дверь в дом старосты и ударить ей охранника, чтобы мама с папой могли выйти!
— Вам есть, куда пойти за пределами этой деревни? — ши продолжал удерживать запястья, и Руэри ощутил себя таким здоровым, каким не ощущал уже давно, когда последний раз нормально ел.
— Нет, — опять захотелось опустить голову, но на сей раз мальчик вскинул подбородок, - нет, Экк, но мы пойдем, даже в преддверии зимы! Мне только надо, чтобы они были живы! — не удержался и немного пустил петуха.
— Ты храбрый, Рыжий Король, но жить среди сородичей хотя тяжело, иногда невыносимо, однако нужно, — в голосе ши засквозила печаль, словно весь шумный двор, к которому он принадлежал, был просто призраком. — А волшебство, настоящее, я тебе скажу, волшебство — такое, которое не исчезает с рассветом. Надо подумать, как тебе помочь толком. А пока…
— А пока здравствуйте, господин! — позади зазвенел голос Фаррела. — Не поможете ли вы и нам тоже!
— Да, господин ши, пожалуйста, бедным сиротам нечего есть, — басовито затянул Виллем.
— Кроме других таких же сирот, да? — Экк проговорил это задумчиво, как будто рассуждал о восходе или заходе солнца, поднялся во весь рост и закрыл Руэри спиной.
Комментарий к
*Перевод имени Руэри — рыжий король
**Экк — пестрый
========== Часть 2 ==========
Руэри было плохо видно из-за спины ши, но приближающихся с двух сторон Фаррела и Виллема воображение дорисовывало без всяких усилий.
— Господин ши, как вы можете! — убедительно гудел один.
— Как вы можете не сжалиться над бедными сиротками! — визгливо вторил другой.
Экк без всяких долгих разговоров положил руку на меч.
— О, Виллем, смотри, он нас слышит! — Фаррел явственно оживился, острые зубы вытянулись вниз, не сходясь и растопыривая губы.
Лицо Виллема тоже изменилось, черты затвердели, утратили плавную обтекаемость человека.
Упыри, смотревшиеся мальчишками, медленно, но уверенно старались обойти Руэри и Экка так, чтобы оставшийся позади забор вовсе перекрыл пути к отступлению. Мальчик изо всех сил сдерживался и не хватался за пояс или странно темную куртку ши, на это уходили почти все душевные силы — гость из Нижнего мира давал надежду на чудо, сохранить ему жизнь было важно невероятно. И Руэри боялся за ши, как за старшего брата, которого у него никогда не было.
И если дело пойдет так и дальше, то и возможного младшего брата Руэри тоже не увидит.
— Этот господин ши, — пародия на вежливый кивок, — видит нас, Виллем, и слышит, и даже, возможно, боится!
Толстяк потянул носом воздух, не обращая внимания на явно прислушивающегося Экка, чуткие ушки подрагивали, Руэри было видно.
— Возможно, боится, — насмешливо глянул на Фаррела вбок, отчего глаза сверкнули отраженной зеленью, как у кошек в темноте, — не боится, но опасается и знает, чем плохи упыри для ши!
Руэри все-таки не выдержал и вцепился в кожаный пояс Экка обеими руками: упыриной скорости у него нет, но прикрыть спину сможет. Вокруг сгущались тени, ветер шумел в темных кронах, а сияние замковых ворот отражалось на уже обнаженном мече ши тонкими полосками, как будто пламя. Впечатление усугублялось еще и тем, что клинок оказался волнистым.
— О, Виллем, смотри, господин ши, кажется, жестокосерден, он не желает помочь бедным сиротам! — Фаррел говорил безбоязненно, зная, что никто их не услышит, все разбрелись по деревне, пытаясь урвать свою порцию волшебства Самхейна.
— Не желает помочь бедным сиротам, нет, не желает! — низкий голос второго упыря загудел так, что у Руэри опять потемнело перед глазами, руки налились свинцом, а голову повело. — Тогда бедным сиротам придется бороться за жизнь, как обычно, Фаррел, как обычно!
— Как верно, Виллем, как верно, придется бороться за жизнь нашего господина ши! — теперь зелено сверкнули глаза у тонкокостного упыря.
Рванулись они одновременно, и Руэри не успел заметить, в какой момент. То вот стояли и ёрничали, а то растворились в темноте, сливаясь с ней, размазываясь в движении, размываясь перед глазами… Руэри успел только вскрикнуть и отчаяться, звук ещё уходил эхом в высокие ели, когда мальчик понял одну прекрасную вещь: для ши это движение не было ни размытым, ни внезапным. Пояс в руках Руэри дернулся влево, потом вправо — и на земле оказались две половины Фаррела, правда, на руке Экка повис, точно обозлившийся пёс, запустивший клыки глубоко Виллем.
