Доктор Пипт и впрямь был на редкость крив, и Оджо не мог взять в толк, как Колдуну удаётся делать так много разных дел. Когда доктор Пипт сел на кривой стул, специально изготовленный ему по фигуре, одно колено оказалось у него под подбородком, а второе где-то около поясницы. Но это был жизнерадостный человек, и на его лице играла приятная дружеская улыбка.
— Мне разрешено колдовать лишь для собственного развлечения, — пояснил он гостям, закуривая скрюченную трубку. — Раньше в Стране Оз многие ворожили и колдовали, и наша очаровательная правительница принцесса Озма в один прекрасный день решила положить этому конец, и, в общем-то, правильно сделала. В Стране Оз было несколько злых колдуний и ведьм, и они причиняли людям немало бед, но теперь все они не у дел, и волшебством позволено заниматься лишь доброй волшебнице Глинде, но её магия всегда служила на пользу людям. Волшебник Оз, некогда правивший Изумрудным Городом, оказался обманщиком, но потом он стал брать уроки волшебства у Глинды. Поговаривают, что он теперь кое-чему научился, хотя он всего-навсего её помощник. Я могу оживить служанку для жены или Стеклянного Кота, чтобы тот ловил мышей, что он наотрез отказывается делать, но я не имею права колдовать для других и вообще делать из этого ремесло.
— Интересная, должно быть, штука — волшебная наука! — заметил Оджо.
— Естественно, — согласился доктор Пипт. — В своё время я совершал чудеса, достойные самой Глинды. Я изобрёл не только Оживительный Порошок, но и Окаменитель — вон в той банке, у окна.
— А что делает Ваш Окаменитель? — полюбопытствовал мальчик.
— Одной его капли хватает, чтобы превратить живое существо в мрамор или гранит. Это моё изобретение оказалось весьма полезным. Как-то раз на нас напала парочка жутких Калидасов — это хищники с медвежьими туловищами и тигриными головами. Но я побрызгал их Окаменителем, и они стали мраморными. Навсегда.
— Отлично! — воскликнул дядя Нанди, качая головой и поглаживая длинную бороду.
— Господи, каким ты сделался болтуном, — заметил Колдун, обрадованный похвалой приятеля.
Но в этот момент кто-то стал скрестись в заднюю дверь, и затем пронзительный голос крикнул:
— Пустите! Поскорее пустите меня в дом!
Марголотта встала и подошла к двери.
— Попроси как положено, будь благонравным котом, — сказала она.
— Мя-я-у-у! Ну как? Устраивает это Ваше королевское Высочество? — не без презрения в голосе осведомился Кот.
— Так-то лучше, — сказала хозяйка и открыла дверь.
Тотчас же в комнату вбежал Кот и как вкопанный застыл в центре, увидев незнакомцев. Дядя Нанди и Оджо в свою очередь изумлённо уставились на него, ибо не подозревали, что такое создание может существовать даже в волшебной Стране Оз.
Кот был целиком сделан из стекла, такого чистого и прозрачного, что через него всё было видно, как в окошко. В его голове, однако, вращалась масса маленьких розовых шариков, сверкавших, как драгоценные камни, а сердце было из алого рубина. Вместо глаз у Кота были два изумруда, но в остальном он был из стекла, с красивым витым хвостом.
— Ну что, доктор Пипт, Вы собираетесь представить меня гостям или нет? — раздражённо осведомился Кот. — По-моему, Вы забыли Ваши манеры.
— Прошу прощения, — отозвался Колдун. — Это дядюшка Нанди, потомок королей Жевунов, правивших, ещё когда эти земли не вошли в Страну Оз.
— Ему не мешало бы постричься, — заметил Кот, умывая лапкой свою стеклянную мордочку.
— Верно, — весело хмыкнул дядя Нанди.
— Он жил один в густом лесу, и хотя в Стране Оз всего в достатке, там не было брадобреев.
— А что это с ним за гном?
— Это не гном, а мальчик, — пояснил Колдун. — Просто ты никогда не видел мальчиков. Пока он маленький, но со временем вырастет и станет таким же высоким, как и дядюшка Нанди.
— Правда? Это такое волшебство? — осведомилось стеклянное животное.
— Да, только это волшебство жизни, а оно посильнее чудес магов и чародеев. Например, моё волшебство создало и оживило тебя, но гордиться мне нечем: от тебя никакого толку и сплошные неприятности. И ты не способен расти. Ты всегда будешь тем же самым наглым бесцеремонным Стеклянным Котом с розовыми мозгами и бесчувственным сердцем-рубином.
— А уж я-то как жалею, что Вы меня создали и оживили, — заметил Кот, усевшись на задние лапы и помахивая хвостом. — Вы живёте в унылом месте. Я исходил и Ваш сад, и лес — такая скучища! А когда я прихожу в дом, то от разговоров Вашей толстой жены просто хочется лезть на стенку.
— Это всё потому, что я вложил в твою голову не такие мозги, как у нас, — сказал доктор Пипт. — Они слишком роскошны для простого кота.
— Так, может, Вы их вынете и замените простыми камешками? — попросил Стеклянный Кот. — Тогда я не буду смотреть на всё свысока.
— Пожалуй, я так и сделаю. Только сперва я оживлю Лоскутушку.
Кот подошёл к скамье, на которой сидела кукла, и внимательно её оглядел.
— Неужели Вы хотите оживить эту уродину? — спросил он.
Колдун кивнул.
