Добрался до Наташи. Она сидела за длинным столом вместе с министрами, видимо, проходило очередное совещание. Все спали сидя с открытыми глазами, в том числе и выступающий в момент усыпления министр экономики. Все были целы, рядом никаких врагов — слава богу! На всякий случай окружив Наташу невидимым защитным куполом (опять спасибо Яну!), я полетел к Таргу.
Тарг оказался в Королевской библиотеке. Странно, что это его туда занесло? Как-то не был он завсегдатаем библиотек. А, вот оно что: он сидит на диванчике вместе с дочерью герцога Ротшера, у него в руках какая-то огромная и роскошно оформленная книга, но он смотрит не в книгу, а на весьма привлекательную, надо отдать должное, девицу. А дочь герцога потупила взгляд как настоящая скромница, но явно ей приятно внимание Тарга!
Так, с Таргом тоже все в порядке. Где же тогда наши враги? Полетел искать…
А, вот и они! Три компактных группы явно военных людей, но одетых в штатское, в разных местах дворца застыли с самыми решительными выражениями лиц. А где же их руководители и вдохновители? Поищем… А, вот и они — герцоги Милторн, Пинеро и Ротшер! Вот они, голубчики, сидят в одной из укромных зал дворца на самом верхнем этаже. Видимо, они о чем-то горячо спорили, когда я погрузил всех находящихся во дворце в гипноз. Судя по выражению лиц, Милторн в чем-то пытался убедить своих коллег, но Ротшер и Пинеро явно были им недовольны. Возможно, я не физиономист. А что, если проверить их сознания? Я, ведь, так и не добрался до них с этим намерением. Получится ли это, когда они в состоянии гипноза?
Надо же, получилось даже легче, чем обычно! И чего я так долго с этим тянул? Совесть, что ли не позволяла? И это после всего, что на нас с Наташей свалилось? Ох, и дурак же я! Идиот прекраснодушный! А еще лентяй! Давно бы уже все сделал, не дожидаясь взрывов и покушений. Ну, да ладно, чего уж там…
Итак, что мы имеем после «обследования» трех герцогов? То, что если бы не крупные разногласия между герцогами, Тарг, я, Наташа и Фарагон давно уже были бы мертвы. Масса методов, множество исполнителей на выбор, масса времени — все это было у заговорщиков.
Но! Как ни странно, самый умный и решительный из герцогов, а именно — Ротшер, с момента, когда между его старшей дочерью и королем Таргом неожиданно возникли некие отношения, стал сомневаться в силовом методе захвата власти. «Как все это воспримет народ?» — заявлял он остальным заговорщикам.
«Надо подождать, когда ситуация станет благоприятствовать перевороту, ждать совсем недолго — посмотрим, что сотворят с королевством два сопляка и тогда люди будут только рады, если мы захватим власть». А сам тем временем ждал развития отношений между его дочерью и молодым королем. Когда он понял, что свадьба уже дело решенное, он сразу стал противником нелегитимного захвата власти. Зачем убивать, зачем рисковать, когда вот она мечта всей его жизни — королевская власть совершенно законно и спокойно будет у представителя его семьи, его внука! Весьма неглупый Пинеро, который понимал, что при удачно проведенном захвате власти его все равно отодвинут от реальной власти более волевые и энергичные Ротшер и Миторн, а в случае неудачи… Да, смертный приговор! Закон неумолим, таких пытавшихся достичь верховной власти было много на протяжении веков и всегда неудачники заканчивали плохо. Он не был очень смелым человеком, вот если бы были абсолютные гарантии успеха переворота! Пинеро всегда до дрожи в коленках боялся пойти против Фарагона и уверения Милторна и Ротшера, что Фарагон стал слаб, болен и что его власть уже по сути в прошлом, его не убеждали. Ему все время мерещился какой-то хитрый ход, какая-то ловушка для политических противников Фарагона, на которые в недалеком прошлом Фарагон был мастак. Пинеро и так был богат, власти, хоть и не верховной, ему тоже хватало. Все-таки, герцог, правитель огромной территории, не какой-нибудь мелкопоместный барончик! Ну, можно стать еще богаче и сильнее. Стать королем? Нет, он не верил, что конкретно у него это получится. Зачем тогда участвовал в заговоре? А где заговор? Можно в любой момент «соскочить». А то, что о чем-то разговаривали, мечтали, обсуждали — так это все на уровне болтовни, ничего конкретного. Когда Ротшер стал юлить и искать поводы для откладывания решительных действий, когда Пинеро узнал, что у дочки Ротшера амуры с королем Таргом, он понял — пора «соскакивать»!
Вот так, единственным герцогом, продолжавшим желать переворота, неожиданно оказался Милторн. Но, когда «в товарищах согласья нет», тогда о четкости выполнения планов можно не мечтать. Да и планы уже подвергались сомнению. Ротшер предлагал ждать естественного хода событий, Пинеро — вообще отлынивал от любых действий, которые могли бы бросить на него тень в случае чего.
