Андрейен ждал его в своем черном костюме Господина Смерти, играя тростью с серебряным набалдашником. Только сейчас Кел задумался об этой странности: зачем Король Старьевщиков повсюду носит с собой трость, ведь он не хромает и на вид вполне здоров?
– Что ж, – заговорил Андрейен, – Сарт выбрал уникальный способ расквитаться с вашим принцем.
Кел фыркнул.
– Наверное, мне не стоит удивляться. Вы, как всегда, прекрасно осведомлены о государственных делах.
Король Старьевщиков хмыкнул.
– Не совсем. У меня было лишь несколько кусочков головоломки. Мне пришлось поразмыслить, чтобы сложить из них картину. Весьма изобретательно со стороны юного принца Конора – обратиться в Сарт за золотом, чтобы уплатить долг. Но он совершил ошибку, не получив предварительно одобрения короля и королевы. Ему еще повезло, что Маркус утратил интерес к реальной жизни, иначе ему пришлось бы иметь дело не только с разгневанной госпожой послом.
Кел внимательно наблюдал за Королем Старьевщиков, но не заметил ничего подозрительного. В его словах не было никакого скрытого смысла. Кел успокоился – видимо, им все же удалось сохранить в тайне происшествие во дворце.
– Я все это прекрасно понимаю, – сказал Кел. – Но едва ли вы послали за мной Джиан только потому, что вам захотелось обсудить международную политику.
– Вы правы. Я хочу узнать новости насчет Бека. Джеррод устроил вам встречу? Что он сказал вам?
– Да, я говорил с этим человеком, – медленно произнес Кел. – Но я не думаю, что в письме короля речь шла о нем.
В глазах Андрейена зажглись опасные огоньки.
– Значит, Бек переманил вас на свою сторону?
– Нет.
Кел подумал, что сейчас должен испугаться. Он знал, что эти слегка рассеянные манеры и дружелюбный тон – всего лишь фасад; несколько раз ему приходилось видеть истинное лицо безжалостного, жестокого, хладнокровного преступника. Но он слишком устал и был слишком занят мыслями о Коноре для того, чтобы волноваться за свою жизнь.
– Я наблюдаю за знатными людьми с Горы уже пятнадцать лет, – произнес он. – Они ничем не отличаются от ваших преступников. Среди них есть люди, которые строят далеко идущие планы и плетут хитроумные интриги, те, кто соглашается участвовать в чужом заговоре ради каких-то выгод, а еще… а еще есть те, кто ничего не планирует и просто ждет удобного случая. Бек принадлежит к их числу.
Андрейен повертел трость.
– Продолжайте.
– Не знаю, откуда взялся Бек, – говорил Кел. – Но могу вам сказать, что он не аристократ. Я нарочно сделал несколько ошибок, когда обсуждал с ним обитателей Горы, но он либо не придал этому значения, либо ничего не заметил. Такие, как он, получают прибыли не от участия в каких-то там придворных интригах. Бек стремится контролировать игорные притоны и бордели Лабиринта. Да, он признал, что его финансирует высокопоставленное лицо, но ему неизвестны конечные цели этого человека.
– Высокопоставленное лицо, – повторил Андрейен. – Кто-то из дворца?
– Во всяком случае, с Горы. Некто богатый и влиятельный дал Беку возможность организовать свой преступный «синдикат» и шантажировать Конора.
– И как вы считаете, чего добивалось это «лицо», приказав Беку скупить долги принца? Уж наверняка его не интересовали проценты.
– Я считаю, что этот человек – кстати, это не обязательно мужчина – хотел унизить Дом Аврелианов и поставить принца и его родителей в такое положение, чтобы им пришлось умолять Совет Двенадцати о помощи.
– Или же это была попытка выманить Маркуса из его башни, – вслух размышлял Андрейен. – Заставить его предпринять какие-то активные действия.
– Едва ли Бека волнует поведение короля или отношения принца с Советом, – заметил Кел. – Я склонен верить его словам насчет того, что у него имеется покровитель на Горе и этот покровитель хочет причинить как можно больше неприятностей Дому Аврелианов. Я говорю это не потому, что доверяю Беку, а потому, что это имеет смысл.
– Но зачем рассказывать о своих делах вам? – спросил Андрейен, постукивая кончиками пальцев по трости.
Под его пристальным взглядом Келу стало не по себе.
«Потому, что я могу достать вещь, нужную Беку. Медальон Антонетты».
Кел придал лицу бесстрастное выражение, выработанное специально для бесед с коварными политиками и придворными с Горы, и произнес:
– У меня возникло ощущение, что ему не слишком нравится человек, который снабдил его деньгами. Он разбогател и решил, что больше не нуждается в покровителе. Однако сомневаюсь, что покровитель разделяет это мнение. Насколько я понял, Бек надеется на то, что я самостоятельно выясню имя этого таинственного благодетеля и каким-то образом нейтрализую его – например, заставлю Джоливета его арестовать. Тогда Бек станет сам себе хозяином.
– Понимаю, – ответил Андрейен.
Кел стало неуютно. Возможно, Король Старьевщиков действительно многое понимал, причем даже то, что Келу хотелось бы от него скрыть.
– И что вы намерены предпринять дальше?
– Искать «покровителя», – сказал Кел. – Разговор с Беком ничего не дал, но, может быть, его сообщник каким-то образом выдаст себя.
