Эспер не видел разницы: в Лондоне он постоянно сталкивался с сырой, ветреной погодой и обильными осадками.
Они медленно шли, прогуливаясь, вдоль главной дороги, а потом свернули на соседнюю улицу, где было сосредоточенно наибольшее число всяких магазинчиков и лавок: улица была не в пример широка, как и во всем городе дороги пустовали. Эспер отметил, что местные предпочитают передвигаться пешком.
Дэвис растравил в нём любопытство.
— А вы хорошо знаете Лондон?
— Нет, без навигационной системы я плохо ориентируюсь в Лондоне. Я не задерживаюсь там подолгу, — взгляд Дэвиса был устремлен на возвышение у окраины города. Как Эспер потом узнал от наследника, туда можно было подняться по одной из улочек или по широкой тропе, проложенной среди деревьев.
— Вы ведь из Манчестера? Я был там на соревнованиях, — сказал Эспер, чуть улыбаясь. — Мы взяли золото на фристайле на длинной дистанции и серебро в стометровке. Но я не особо видел сам город: нас привезли на автобусе, потом фактически все мои передвижения ограничивались спортивным кампусом.
Эспер заметил перемену на чужом лице: уголки губ дрогнули, словно мистеру Дэвису пришлись по душе его слова.
— Я объехал Англию. Мой род деятельности подразумевает частые переезды с места на место. В моём случае — это неизбежность. В Манчестер я переехал достаточно давно.
Та-ак. Сейчас станет известно, чем занимается Райвен Дэвис.
Наследник обхватил руками предплечья, помолчал, изучая пейзаж. Воспользовавшись паузой, Эспер задал вопрос, который интересовал его с самого начала.
— Кто же вы по профессии?
— У меня совместное дело с Льюисом Аддерли.
Эспер понял, что не соображает, куда идёт. Неожиданно громко в тишине под подошвой хрустнула ветка, непонятно как здесь оказавшаяся, мелкие прутики тут же зацепили шнуровку на кроссовке.
Льюис Аддерли… Крупная фигура в нейрохирургии и совершенно гениальный исследователь. Он — значимое звено в современной медицине. Как Дэвис вообще познакомился с ним?
— Я заметил, ты читаешь газеты. Должно быть, тебе знакомо это имя.
— Вы врач? — вопрос вылетел сам собой.
— Нет, — его губы чуть дрогнули, а в глазах мелькнуло нечто похожее на смех. — Я не врач.
Это что, игра в угадайку?
— Давно вы знакомы?
— Знакомы — уже более восьми лет.
Эспер с шумом выдохнул воздух из лёгких. Именитые знакомства.
— Я знаю, что у Льюиса Аддерли ещё не умер ни один пациент. Он ведь проводит очень сложные операции на головном и спинном мозге.
— Да, очень сложные, — улыбнулся его упрощенной трактовке собеседник и пояснил: — Зачастую за них не берётся никто другой, так как есть риск, что пациент не выживет.
Доктор Аддерли начал свою медицинскую практику в Манчестере ещё в конце девяностых, когда Эспер только родился. Из новостных сводок, в которых освещались не только выдающиеся достижения, но и личная жизнь, он знал, что доктор Аддерли женат и у него есть дочка. И что он открыл собственный исследовательский институт и клинику, где проводил исследования.
— Сколько тебе лет? — любуясь видами, поинтересовался Дэвис.
— Двадцать. В команде по плаванию я самый юный пловец и членский взнос платили за меня родители, но я живу отдельно с тех пор как пошёл в колледж. — Зачем-то пожал плечами: — …двадцать один мне будет через полгода.
— Намного старше ты не станешь, — собеседник усмехнулся чему-то.
Дэвис хорошо скрывал удивление. Ну конечно, глава компании «Дош» поручил съездить по делам лесопилки несовершеннолетнему, ребёнку. Похоже, не только в его увлечении плаванием, но теперь и в возрасте была какая-то загвоздка. А Эспер никак не мог понять почему. И то, что он несовершеннолетний (надо заметить: пока), само по себе ничего не значит. К своему совершеннолетию он уже успел закончить колледж, взять золото на нескольких турнирах по плаванию, кроме того он имел свой канал и с полмиллиона подписчиков, а также трудовой стаж в крупной компании свыше двух лет — в режиме многозадачности. Эспер понял, что слишком бурно реагирует на банальные вещи, и велел себе не заниматься ерундой. Не стоило воспринимать их разговор так серьёзно, тем более Дэвиса, похоже, тот забавлял.
— Вы, скорее всего, думаете, что у меня мало опыта, чтобы вести сделку. Но я работаю у мистера Доша третий год, он бы меня не отправил, если бы не был уверен, что я не буду полезен.
Ну конечно, полезен. Как лук с редиской.
— Сэр, а когда вы начали строить карьеру? — не выдержал Эспер. С вашими-то связями в разных городах и академической манерой речи.
Наконец взглянув на него, Дэвис, к немалому удивлению, прыснул.
— Ты бы изумился, если бы узнал, — весело ответил он.
Этот орех сложно расколоть, мрачно подумал Эспер. Да наследник просто веселится. Я ведь даже не знаю, что на самом деле он думает о моих способностях. И стал бы он готовить жаркое человеку, которого считал бы совершенно некомпетентным?
