— Что суп не вкусный? — спросила она, с шумом складывая тарелки, но Малфой быстро обезоружил её своей искренностью.
— Очень вкусный суп, — улыбаясь, ответил Драко, и Гермиона не могла поверить, что именно этот человек, минуты назад демонстрировал другую сторону своего характера. Когда он хотел, он мог быть просто очаровательным, и миссис Трелони несомненно не смогла устоять перед его обаянием. — Дело в том, что я катался верхом с миссис Крэбб, и должен признаться, она потом предложила меня выпить.
Гермиона отвлеклась от разговора Драко и экономки, она только поняла, что миссис Трелони журит его. Сейчас все мысли Грейнджер были о миссис Крэбб. — «Раз Драко так часто общается с этой женщиной, то они точно были знакомы, когда он приезжал в Англию погостить к своему кузену».
Малфой начал резать мясо, миссис Трелони ушла, и Грейнджер опять стала нервничать. Она не знала как себя вести, когда он в таком настроение, но по его лицу поняла, что он не забыл, о чём говорил раньше. Она смотрела, как он ловко режет ломтиками баранью ногу, как орудует ножом и вилкой, и не могла оторвать глаз. У Драко были такие сильные и чувствительные пальца. Гермиона знала, что у него чувствительные пальцы, она ощутила это, когда он её трогал. Когда она осознала, о чём думает, её залила волна стыда. Она судорожно оторвала взгляд от его рук и опустила его на колени, где лежали её влажные руки, и попыталась успокоиться. Вдруг, она почувствовала, что Малфой смотрит на неё, она подняла голову и увидела, что он следит за ней. И вдруг ей в голову пришло, что он точно знает, о чём она думает.
— Да, — сказал он, глядя ей в глаза прищурившись. — Ты и сама знаешь, что неравнодушна ко мне, я уже давно это понял, и мне очень хотелось, чтобы ты перестала притворяться.
— Я не понимаю, о чём вы говорите, — нервно бросила Грейнджер, и потянулась к овощам. — Может быть, мы продолжим обед молча и больше не будем дискутировать. У меня сегодня ещё дела.
— Неужели? — спросил Драко, в его голосе прозвучала угроза.
Гермиона испугалась и решила не смотреть на него, а он поставил между ними блюдо с мясом и тоже замолчал. Грейнджер положила себе на тарелку кусок и сосредоточилась только на еде. Она понятия не имела, ест он или нет и не хотела этого знать. Гермиона хотела, как можно скорее закончить обед и выйти из-за стола, чтобы он не решил доказать ей, какая она лгунья.
Грейнджер чуть не умерла со страха, когда он с грохотом отодвинул стул, вскочил и вышел. Она никак не ожидала этого, она и подумать не могла, что он так легко сдаться. И теперь, как ни странно, когда Малфой ушёл, она чувствовала себя брошенной.
Настроение испортилось, есть окончательно расхотелось, но Гермиона не могла позволить себе уйти, и позволить миссис Трелони делать свои выводы, уж слишком она любит посплетничать. Гермиона стала быстро придумывать какое-нибудь объяснение.
Однако миссис Трелони обошлась без своих комментариев, когда вернулась и увидела не тронутую еду, молча, стала собирать тарелки. Грейнджер уже перевела дух и успокоилась, решила, что Драко успел что-то объяснить экономке, когда она вдруг сказала:
— Я вымою посуду и уйду, мисс Грейнджер. У меня сегодня свободный вечер. Мистер Малфой сказал, чтобы я оставила вам холодную закуску, и вы сами подадите её.
— Да? — удивилась Гермиона, и быстро переключилась. — Да, разумеется, миссис Трелони, я всё сделаю. Большое спасибо.
— Может вам ещё что-нибудь подать? — спросила экономка. — Кофе, может сыр и печенье?
— Спасибо, больше ничего не нужно, — чуть покраснев, ответила Грейнджер. — Я просто не успела проголодаться.
Миссис Трелони взяла поднос и внимательно посмотрела на Гермиону.
— Мисс, вы не обидитесь на меня, если я скажу, что вы слишком много времени проводите взаперти в кабинете, — заявила она. — Вы такая бледная, вам нужно больше гулять и дышать свежим воздухом. Я так думаю.
— Ведь я, кажется, не спрашивала вашего мнения, — возмутилась Грейнджер, а потом ей в голову пришла неожиданная мысль: — Это мистер Малфой просил вас сказать мне об этом?
— Мистер Малфой? — нахмурилась экономка. — Зачем ему это?
Гермиона поднялась на ноги, осознав, всю нелепость своего предположения.
— Да, незачем… сосем незачем, миссис Трелони.
Грейнджер уже пожалела, что подалась порыву и задала глупый вопрос. Это было по меньшей мере не обдуманно — нет ничего удивительного, что миссис Трелони сейчас так внимательно смотрит на неё. Но теперь уже поздно что-то исправить, когда экономка выходила, Гермиона поняла по её лицу, что она заинтригована. Да уж, сегодня вечером в доме Трелони будет о чём поговорить.
