И этот ребёнок, пока пыталась за руку удерживать его на месте, исхитрился ударить меня невидимым глазу крылом. От неожиданности разжала пальцы. Чёрт возьми, я так углубилась в мысли о несправедливости происходившего, что забыла о крыльях.
Оставалось только одно. На секунду демон обмяк, этого хватило, чтобы запрыгнуть ему на спину.
Ощутила его крылья, плотно сжатые подо мной. Через минуту малец проиграет битву с заклинанием ведьмы и сбросит меня с себя.
— Убей меня, — сквозь зубы проскрежетал демон.
— Прости, — пробормотала и, схватив за голову, свернула ему шею, а когда он рухнул на асфальт, меня замутило.
Тяжело дыша, слезла с демона и встретилась глазами с белым, как мел, Васом, только что передо мной приземлившимся.
Лежавший перед нами демон зарычал, но сможет восстановить сломанные позвонки, находясь под надёжной охраной в темнице Самаэля.
Малец стал медленно подниматься на руках. Удивлённо распахнула рот. Как, чёрт возьми, демон может двигаться? Ведь сломала ему локоть и шею!
Отошла на пару футов вправо, освобождая место для маневра. Попытавшись встать на колени, демон посмотрел мне в глаза и упал ничком. Нет, я всё-таки его уделала.
Он повернул голову в мою сторону, на его лице отразилось явное облегчение. Больше не могла выносить этот взгляд и отвернулась. И тут приземлился Самаэль с искажённым от гнева лицом.
Он даже не потрудился скрыть магией крылья. Я так резко вздохнула, что поперхнулась воздухом.
Намеренно ли так поступил или же от ярости потерял самообладание? В любом случае, с замиранием сердца уставилась на его крылья и поняла, почему он их прятал.
В нос ударил запах серы, гари и дыма. Самаэль распахнул крылья, их размах, наверное, составлял порядка пятнадцати футов. Раньше они казались мне мягкими и приятными на ощупь. В минуты слабости представляла, как глажу нежные перья кончиками пальцев.
Теперь в них нет ничего мягкого. Такие темные, что, казалось, поглощали весь свет, — блестящий обсидиан, местами походивший на уголь.
С крыльев сыпались искры, гаснувшие, не успев коснуться земли. Ничуть бы не удивилась, увидев, как изо рта Самаэля вырвалось бы пламя.
Посмотрела на дорогу, где толпа людей с побледневшими от ужаса лицами снимали происходившее на телефоны. Теперь понятно, почему демоны прятали крылья! Ведь если бы ведьмы или люди увидели их в истинном обличие, то поняли бы, что они скрывали за тщательно культивируемой репутацией доброжелательных правителей.
Поверженный демон с хрипом в горле с трудом вздохнул, я уже кинулась его успокоить, когда его голова взорвалась.
Вздрогнула и медленно повернулась, пока не встретилась глазами с окутанным тенями Самаэлем.
— Какого чёрта ты творишь? Он же не сможет исцелиться!
Собственно, зачем спрашивала? И так всё ясно. Однако сердце ныло за мальца и пустой тратой сил, чтобы его спасти. Тем временем зеваки, собравшиеся посмотреть на драку, бросились в рассыпную, толкаясь и наступая друг другу на пятки.
— Ведьмочка, мигом в башню, — приказал безликим, тихим голосом Самаэль.
Он явно еле себя сдерживал.
Я посмотрела на труп мальца-демона, глаза защипало от накативших слёз. Он не желал мне смерти. Собралась об этом сказать Самаэлю, но, увидев его ледяной взор, передумала. Он уставился на поверженного демона, и у меня защемило в груди.
Плечи поникли, руки тряслись от избытка адреналина. Я позволила Васу взять себя за руку и проводить в башню. От устремлённых на нас взглядов покалывало шею.
Демоны окружили тех не многих зевак, у которых хватило смелости продолжать записывать на телефон увиденное. Они беспрекословно отдали исчадиям ада гаджеты и стремглав разбежались.
Вассаго провёл меня в фойе, и мы в мёртвой тишине шли к лифту. Увидела кипевшую от злости Лилит. Лишь на секунду пересеклась с ней взглядом и поняла: она знала демона. И едва сдерживалась, чтобы меня не грохнуть. Потом отвернулась, и я облегчённо выдохнула. Затей говнючка драку, и я покойница.
Ощутила горечь во рту от подступившей к горлу желчи. Парнишка не должен был умереть. Но при таком скоплении свидетелей Самаэль решил наказать его в назидание другим. Возможно, малец и находился под принуждением, но все просто видели в нём демона, слетевшего с катушек. И их лидер его наказал за самоуправство. Самаэлю порой приходиться принимать дерьмовые решения.
Вошли с Вассаго в лифт. Друг молча уставился в одну точку.
— Как его звали? — спросила я.
— Рамиэль, — медленно повернувшись ко мне, с печалью в голосе пробормотал он.
Теперь, зная его имя, стало только хуже. Но бедняга, по крайней мере, заслужил, чтобы его помнили.
— Прости, что оставил тебя одну, — переминаясь с ноги на ногу, извинился Вас.
— Ты не виноват, я сама тебя попросила. Такой расклад никто не смог бы предвидеть.
— Но не Самаэль. Он чуть меня не грохнул, когда увидел, что я без тебя прилетел.
— Я с этим разберусь.
