Ооо, это слово было синонимом последних двух недель. До этого все шло отлично. Ариадна от природы не склонная к полноте, тонкая и гибкая, еще совсем юная, беременность свою почти не ощущала. Лишь с недовольством косилась выпирающий живот, портящий, как ей казалось, фигуру, с хитрой улыбкой на пополневшую аппетитную грудь, да с возмущением на огромные мешковатые платья, которые теперь приходилось носить. У нее не было тошноты, слабости. Она не мучилась болями и угрозами, и ни в чем себя не ограничивала.
Но все изменилось в прошлое воскресенье. Утром она вдруг поняла, что все: ей тяжело, вместо тела шар на тонких ножках и даже с кровати подниматься лень! Ну как так! Еще вчера она целый день провела в совете, выпрашивая заброшенное здание для дома милосердия, куда хотела разместить одиноких женщин, не желающих переходить под чье-либо покровительство. И даже получила этот дом, так как ее живот, достающий чуть ли не до носа, был уж слишком убедителен для покрытых сединами уважаемых воинов — старейшин.
Они все-таки были настоящими мужчинами. А значит ничего в своей жизни так не боялись, как расстроить глубоко беременную женщину. Еще плакать начнет… Это ж успокаивать надо! А мужа рядом нет! Ну кто этим займется? Нет, пусть получает все, что хочет и уходит отсюда побыстрей.
Ариадна, поначалу возмущенная таким к себе отношением, очень скоро поняла выгоды от него и наоборот просила Арна не приходить на совет под любым предлогом, когда она собирается выступить. Как только старейшины понимали, что на князя ответственность за расстроенную княжну не переложить, они дрожащими руками подписывали практически любые указы.
Конуга это в принципе тоже устраивало. Он потом с чистой совестью говорил всем, что на самом деле вообще во многом с женой не согласен, что конечно он за соблюдение традиций, а не эти дикие нововведения. Но что поделать, совет же разрешил, а его тогда даже и рядом не было.
— Ой, и вот тут… чуть ниже… О, это просто божественнооо, — Ариадна только что не мурлыкала от удовольствия, — Твои руки лучшее, что со мной случалось, Кира.
— Даже лучше князя, госпожа? — весело спросила служанка.
— Только ему не говори, — Ари хитро ей подмигнула.
— Ну что вы, мужчины- такие ранимые создания, — засмеялась Кира, — Я вон давеча напомнила своему, чтобы забор починил, так что выдумаете, сказал, что я его не люблю, только забор мне и нужен. И в таверну пошел. Так дырка и осталась.
Она скорбно вздохнула.
— Мдаа, — протянула Ари, не совсем уверенная, что это был показатель душевной ранимости.
— Кстати, а где князь? Уже поздно, — поинтересовалась Кира поддерживая разговор.
— Он с Китом к Вольготу на остров орков ушел, у них там в шахте произошло что — то, — пожала плечами девушка, прикрывая глаза рукой и погружаясь в приятные ощущения.
— Хмм, как вы все-таки меняете весь мир вокруг себя, госпожа! Это удивительно, — задумчиво протянула Кира, — Вот раньше две недели бы им до этого острова плыть пришлось, да две недели обратно, а сейчас: глаза зажмурил и там уже. Все уже боятся князя нашего. Чуть что случилось, он тут как тут. По всему Северу.
— Да уж, облысею скоро из-за него, — проворчала Ари недовольно.
Кира только рассмеялась. Такую богатую копну, как у княжны, еще дергать и дергать. Жаль, тем, кто на Земле не был, не воспользоваться удивительным даром. Это ж сначала туда попасть надо и представить. А потом только в Элию. А коли не был, как представишь? Никак.
— Развлекаетесь, девочки? — послышался веселый голос из ванной, и в дверном проеме показалась внушительная фигура Конуга с полотенцем в руках. Он вытер капли воды с лица и прошел к ним.
— И кстати нечего тут на меня наговаривать, — пробурчал, подходя к жене и целуя ее в макушку, — Я волос с расчески взял. Облысеет она… жадина.
— Иногда мне кажется, что ты только из-за этого на мне и женился, — фыркнула Ари, в шутку отодвигая от себя его лицо. А то сейчас и сильнее целоваться полезет. Прямо при Кире. С него станется.
— Неправда, меня еще отец попросил, — не остался в долгу Арн, послушно отступая, и с интересом посматривая на то, что осталось на подносе на чайном столике. Нашел какой-то пирожок и с наслаждением откусил.
— Князь, может вам ужин принести? — покосилась на него Кира.
— Будь добра! — Конуг радостно кивнул, дожевывая, потом крикнул вдогонку, — Через полчасика.
И кинул недвусмысленный взгляд на жену. Кира хихикнула и исчезла за дверью, быстро поклонившись.
— Арни, не сегодня, — простонала умоляюще княжна. — Я чувствую себя раненым бегемотом.
— Обожаю животных, — он только в нахальной улыбке расплылся и улегся рядом, притягивая ее к себе.
— Я рожу в любой момент.
— Отлично, давно пора, — послышалось глухое в районе ключицы, где Конуг запечатлел жаркий поцелуй. Жесткие руки забрались под домашнее легкое платье, скользя по бедрам вверх.
— Я не красивая, — промямлила Ари скорее по привычке, уже прижимаясь к нему. Ну как тут устоять.
— Я глаза закрою…
— Что? — княжна подскочила возмущенно, — Ты что? Считаешь, что я не красивая?
