Последнее откровение ни в коем разе не отменяло вероятности кровопускания. Видали мы таких фанатиков. Сначала почести окажут, а потом ритуальным кинжальчиком под ребра ткнут. Я на всякий случай тоже оглядела Кайлана, но мальчишка, если не считать навешанных на него бусиков-колечек, был гол. Но ведь всего несколько минут назад я своими глазами видела фокус с появлением оружия из ниоткуда.
Вернулись Приближенные. Одна держала в руках подушечку из черного бархата, на которой лежал металлический ошейник с шипами внутрь, вторая — чашу из выбеленного человеческого черепа, в глазницы которого были вставлены крупные рубины. При здешнем освещение они казались сгустками живой крови. Я окончательно утвердилась в мысли, что чая с печеньками не будет.
— Последнее испытание, и я представлю вас Черной Богине. — Жрец принял из рук Приближенной череп и поднес к моим губам. — Выпейте, госпожа. Это поможет вам согреться и обрести силы.
— Что это? — Я подозрительно принюхалась к темному и густому на вид содержимому. Уж не взбитыми ли мозгами меня тут угощают? Ощутила прекрасный винный аромат, сквозь который недоразумением пробивалось нечто кровавое. Меня передернуло.
— Не противьтесь, — он настойчиво разъединил мои губы краем чаши, и я почувствовала сладковато-горькую жидкость во рту. — Это убережет вас. Пока вы просто человек, хрупкая оболочка, но очень скоро частица Тьмы, которая только что соединилась с вашим телом, пробудит в вас прекрасное сверхсильное существо. Вы приведете в этот мир величайшего из богов Тьмы!
Под его жаркий шепот я почувствовала, что глаза начинают вылезать из орбит. И не от удивления, от него у меня отпала челюсть, которую я успела поднять на положенное место до того, как внутренности сначала скрутило в ледяной жгут, а потом испепелило огнем. Хотелось кричать, выть, рычать, но из горла не вырвалось ни звука. Через секунду меня вывернуло наизнанку собственной кровью, а эта беловолосая мразь довольно кивала, любуясь моей агонией. В голове шумело, и слышался жуткий, замогильный смех. Я словно вновь оказалась на серой дороге у ямы с телами. И нечто преследовало меня, настигая, пронзая острыми, словно бритва когтями, раздирая на части, превращая в ничто, заставляя подчиниться. Кошмар оборвался, и моя голова бессильно упала на грудь. Стало холодно, очень холодно. А потом мои тело и сознание сделались чужими.
— Неужели опять?
Жесткие пальцы ухватились за женский подбородок, повертели голову, но отпустить не успели.
— Кайлан? — Раздался ледяной голос, и смех оборвался. Это ожила парящая рядом сфера.
Беловолосый перестал скулить и упал на колени, уткнувшись носом в пол.
— Ты уже преподнес ей чашу? Она выжила?
— Да, моя Богиня.
Сфера помолчала.
— Хорошо. Ложа скоро будет здесь. Я должен использовать ошейник.
Сфера погасла.
Жрец поднялся с колен, взял с подушечки "украшение" и расстегнул, опасливо заходя сбоку.
— Простите, госпожа, но это вынужденные меры. Проявите немного терпения.
— Ну вот еще, — фыркнула
Жрец догадливо попятился назад, навстречу черному пламени, охватившему одну из статуй, и тут же рухнул на спину — споткнулся о мелкое горбатое обезьяноподобное существо, метнувшееся под ноги. Оно взвизгнуло-охнуло и подкатилось к столбу. На существе был ошейник с кольцом для поводка. Пунктик у них тут, что ли, на этих штуках?
А потом появилась она. Красавица, каких не найти среди смертных. Идеальная фигура, роскошные формы, оливковая кожа, завораживающей красоты лицо, в обрамлении черных, как сама Тьма, локонов под золотым венцом. Разрез на платье цвета свежей артериальной крови обнажал длинную стройную ножку в золотой туфельке, усыпанной драгоценными камнями.
