Жаркими и томительными были последние июньские дни на трассе. От бесчисленных потоков машин и бронетехники в сторону Джелалабада и Кабула на дороге постоянно висела столбом пыль. Солнце жгло даже через пыльную мглу у дороги, поэтому часовым, прохаживающимся вдоль шлагбаумов при въезде на территорию постов, вдвойне было тяжело. За считанные часы они покрывались плотной коркой пыли, блестели только глаза.
В роте старшего лейтенанта Владимира Годыны, несмотря на изнуряющую жару, ежедневно после ночного боевого дежурства проходили занятия по боевой подготовке. Накануне занятий с самого раннего утра на пост заехали советники из местного отделения афганской спецслужбы безопасности ХАД. Они вновь затронули вопрос об усилении контроля за тропой в вечернее и ночное время.
После их отъезда командир роты взглянул на чистое безоблачное небо, потом на свои часы. Было шесть часов утра. Расположившись под навесом за столиком у капониров, он положил рядом конспект для проведения занятий, развернул карту и вновь стал смотреть на маршрут караванного пути. Старший лейтенант Годына тревожился о том же, о чём волновались хадовцы и их советники, оперуполномоченный особого отдела дивизии, который стал частым гостем за последние несколько недель. Полковые разведчики несколько раз за месяц устраивали засаду, но пока безрезультатно.
С принятием этого участка трассы командир роты неоднократно бывал у этой тропы: он отработал места возможных засад, выход боевой техники. Ступая на тропу, каждый раз Годына ощущал переплетение времён: во мгле словно воскресала эпоха рождения наций и народов, становления великих империй и цивилизаций. Сомнений в том, что эта тропа напротив кишлака Гагамунда и трасса Кабул — Джелалабад (тоже бывшая некогда обыкновенной караванной тропой) сыграли огромную роль в истории Великого шелкового пути, никогда не возникало. Рядом с трассой у тропы стояла полуразрушенная старинная башня с бойницами. Многие столетия сторожевые башни располагались на всём караванном пути. В них находились воины, которые охраняли этот путь от орудовавших шаек разбойников, грабивших караваны. Однако по легендам и преданиям, которые он слышал от местных жителей, испокон веков воины, охранявшие тропу, как и разбойники, обирали торговцев, устанавливая свой «бакшиш». Афганцы, смотревшие советский фильм «Белое солнце пустыни», в котором таможенник Павел Верещагин произносит знаменитую фразу: «Я мзду не беру…», вздыхая, говорили: «Эх, а у нас всегда было принято брать мзду…»
Его мысли прервал загудевший зуммер радиостанции.
— Товарищ старший лейтенант, Вас к телефону. На связи командир батальона, — услышал ротный голос сержанта Безгодкова.
— Сейчас, Рыжий, — ответил командир роты.
Свернув быстро карту и поправив планшет, Годына подошёл к радиостанции.
— Володя, доложи о готовности к сегодняшним занятиям. Какая помощь необходима от меня? — спросил майор Гузачёв.
Старший лейтенант Годына чётко доложил командиру батальона о проведённой рекогносцировке, о готовности тактического поля на посту и боевой техники на выезд к караванной тропе для отражения условного противника.
— Личный состав молодого пополнения прибыл? — спросил командир батальона.
— На подъезде, товарищ майор. Занятия начнём в установленные сроки согласно утверждённому Вами плану, — ответил командир роты.
Командир батальона напомнил о мерах безопасности и строгим голосом подчеркнул:
— Занятия провести так, чтобы бойцы освоили то, что знаешь сам. Как только сменится батальон с этой трассы, сразу начнутся рейдовые операции, а для таких вот занятий времени, увы, не останется. Кстати, после проведения занятий, — добавил майор Гузачев, — обязательно накормите всех обедом. Я уже отдал распоряжение командиру хозяйственного взвода батальона прапорщику Антипову о выделении твоему старшине Сорокапуду полевой кухни ПАК 200.
— Есть, товарищ майор! Обед у меня был спланирован заранее, но вот сейчас за кухню особое спасибо, Сергей Митрофанович, — ответил старший лейтенант Годына и положил трубку.
К девяти часам на главный пост были собраны все молодые солдаты, прибывшие на укомплектование роты в мае-июне месяце из учебных подразделений Туркестанского военного округа. В это время сквозь гул машин, проходящих по трассе, послышался какой-то отвратительный рёв и звон колокольчиков. Как призрак, среди копоти и гари беспрерывно идущих автомобильных колонн и бронетехники, на обочине трассы, поднимая пыль, показался верблюжий караван. Верблюды шли медленно, гордо подняв головы, словно корабли плыли по морю.
