— Мы сегодня получили хороший урок, товарищ сержант, — ответил за двоих Витька-студент и вместе с пулемётчиком Петручуком с ненужной поспешностью стал убирать оставшийся от работы мусор и хлам.
— Вот могут же! — отойдя в сторону, сказал своему другу Без-годков.
— У них, Филя, в результате усиленной трудотерапии и внезапно проснувшихся угрызений совести (или от твоих стуков по их лбам), видно, наступил приступ ответственности и пришло осознание воинского долга.
Филимонов рассмеялся и ответил:
— Да, пацаны они вроде бы и ничего! Только вот форсу и шику много. Особенно у студента. Никак от «гражданки» отойти не могут и не врубятся, что они в Афганистане, на настоящей войне!
Внизу, на опорном пункте роты, где находился командир, последствия землетрясения устранили в первую очередь. Все бойцы после напряжённой работы, молча, усердно стуча ложками, обедали под тенью шелковицы. Лучи солнца отражались и загорались искорками всех цветов радуги, скользя по водной глади только что отремонтированного бассейна.
Старший лейтенант Годына, взяв с собой рядового Мошкина, направился проверить работу по устранению последствий природного катаклизма на выносной пост. Не останавливаясь, он быстро шёл по тропинке. За неполных полтора месяца командир роты знал, что на восхождение налегке уходит ровно пятнадцать минут. Перед ним, как на ладони, была видна трасса, слышался шум машин и рокот двигателей бронетехники. «Успеют ли до вечера бойцы выносного поста восстановить свои боевые позиции?» — думал он. Для Годыны это был уже второй подъем на высоту за сегодняшний день.
— Ну, вот мы и на месте! — поднявшись на выносной пост и немного отдышавшись, сказал рядовому Мошкину командир роты.
Пекло по-настоящему. Воздух был сухой, по ощущению командира, температура давно перевалила градусов за сорок. Казалось, что здесь, на высоте, солнце жарило с удвоенной энергией. Капли пота стекали по вискам обоих. Гранатомётчик Мошкин, сняв панаму, размахивал ею, словно веером. Старший лейтенант Годына, слегка выдвинув рукава, достал платок и медленно протёр им лицо и шею. Затем поправил АКС, куртку и планшет (он всегда следил за своим внешним видом, подавая пример солдатам) и стал осматривать территорию выносного поста. Перед глазами развернулась картина солдатского труда. С первого взгляда было видно, что его распоряжение было выполнено, бойцы потрудились на славу. Вчерашние разрушения словно исчезли.
— Вот чувствуется рука командира! — громко произнёс Годына.
Не успел произнести, как рядом появились Филимонов и Без-годков, словно из-под земли выросли.
— Разрешите доложить? — чётким голосом с ходу начал докладывать сержант Филимонов:
— Товарищ старший лейтенант, позиции боевого охранения восстановлены, последствия землетрясения почти все устранены, наблюдение за местами появления духов организовано! — отчеканил он и, отступив на шаг, опять вытянулся по стойке смирно.
— А это что? — сказал командир роты, показывая рукой на суетливо копошащихся среди камней на возвышенности солдат (в душном воздухе слышались удары ломов и кирок о камень).
— Заканчивают оборудование наблюдательного пункта и проводят уборку строительного мусора, — ответил сержант.
— Остальной личный состав сейчас ещё на своих позициях?
— Так точно! Все на местах. Ждут проверки.
— Ясно, давай, Мошкин, как опытный специалист проверь позицию ротной артиллерии противотанкового гранатомёта АГС-17, а я посмотрю позиции нашего бога войны в горах, — улыбаясь, сказал командир роты и вместе с сержантами Филимоновым и Безгодковым направился к расчёту миномёта.
Места для установки миномёта в каменистом грунте были выбраны удачно и позволяли обеспечить эффективную огневую поддержку на выносном посту. Площадки для миномётной плиты были подготовлены по всем правилам горной местности.
Осмотрев основную и запасную огневую позиции для 82 мм. миномёта, старший лейтенант Годына обратился к бойцам-миномётчикам:
— Вижу, что потрудились вы хорошо! Теперь здесь службу всем можно нести спокойно. Много времени ушло на работы?
— Работали со вчерашнего дня, как только стало тихо. Начали, как и все на посту, без четверти семнадцать и трудились до самой глубокой ночи. Продолжили с рассвета. Закончили оборудование позиций одни из первых на посту, — ответил за миномётчиков сержант Филимонов.
— Молодцы! Большие разрушения были? Наверное, обе позиции восстанавливали практически заново?
— Так точно! — ответил курносый миномётчик.
