– Работы навалилось просто ужас, – жаловалась Лена. – Договоры подписывай, резюме отправляй. Потом ещё телевидение, а у них свои условия. Ты чего, Сань?
– Ну, это того… хочу жениться.
– А от меня-то чего требуется?
– Я тебе предложение делаю, а ты не вникаешь.
– Вникла. Вопрос серьёзный. Значит, бухгалтершу побоку? Окончательно и бесповоротно?
– Ну, Лен. Разве с этим шутят?
…Они выпили ещё вина. Вечер не задался. Никто из приглашённых не явился.
– Он такой рассеянный, наверняка, заблудился, – Лена думала о своём двоюродном брате.
Где-то в одиннадцать позвонил жутко возбужденный Павел.
– Лен, алё! Ничего не слышно. Ладно, давай. Я задержусь.
– И где же он?
– Не сказал. Интересное кино. Ветер шумит, волны плещутся. И теплоход гудит. Мы, случайно, теплоход не заказывали?
– Нет, – твердо ответил Саня.
Несколько раз он выходил в пахнущий сигаретами вестибюль, чтобы перехватить Милу на входе, прежде чем строгий распорядитель даст ей от ворот поворот. Где же вы, фуд-фотографы, операторы, стилисты? Почему вы упустили Милу?
Прижавшись лбом к стеклу, Саня глядел на осеннюю улицу. Он выбрал место за столиком, откуда хорошо просматривалась высотка на Котельнической. На улице шел дождь, а внутри царило теплое лето, на столе стояли бокалы вина, а от огромного букета роз и лилий шел сильный, сводящий с ума аромат.
Кадр был красивый, но стандартный и предсказуемый.
Когда начался дождь, Мила проскользнула открытую дверь, но ей навстречу вышел пожилой швейцар в костюме, он встал перед ней, преграждая путь в зал. Он смотрел осуждающе на людей с улицы, и только, когда дверь щелкнула замком, он успокоился.
Мила достала из кармана салфетку, освежила лицо и снова убрала её в карман. На салфетке были расписаны цифры для не очень бюджетного, но интересного проекта: оплата за час, количество часов, бонусы. Денежное вознаграждение по итогам тестового задания и собеседования. Там же было написано название ресторана. Откуда ей было знать, что заведений с таким названием в столице было несколько. Чего-чего, а ресторанов в столице хватало!
– А позвонить им в голову не пришло? – сердилась Лена. – На дворе 21 век, каждый шаг под контролем. Почему люди позволяют себе вести столь безответственно?
Павел проснулся и соображал, что могло означать саднившее горло – возможно, он разговаривал во сне или же это от простуды? Не считая этого, ничто не могло испортить исключительно приятное утро. Он пробудился от звонка с незнакомого номера, но голос он узнал сразу – один из тысячи.
– Привет. Это Мила. Звоню узнать, нет ли у тебя на примете квартиры.
– Во-первых, разве я оставлял тебе свой номер. А, во-вторых, где ты ночевала?
– На скамье. Тут, в общем-то, красиво. Сирени цветут.
– Ну да, Сиреневый бульвар, помню-помню. Там ещё у моего дяди кабинет.
– Всё верно, Акуншин подсказал адрес, где он работает. Когда я приехала, приём уже кончился. Так что я сделала второй заход с утра. У него смена с девяти.
– Выходит, он и дал тебе мой телефон.
– Вроде бы сказал, что ты можешь помочь.
– Ты меня с доктором спутала. Борисов помогает наркоманам, профессия у него такая. А я и себе помочь не могу.
– Слушай, тут такие дела. – Мила ждала, кому можно выплеснуть свои проблемы.
На аренду квартиру ей денег не хватало. «Будет круто, если ты живешь в Москве», – одно из условий её контракта. А также оформление в качестве самозанятой, компенсация налогов.
В том, что он от неё теперь не избавится, Павел не сомневался. Без посторонней помощи Мила и шагу в Москве ступить не могла.
– Я тебе много не обещаю, но постараюсь кое-что найти.
– Ну и славно. Не очень приятно ночевать на улице.
– Завтракала?
– А у тебя есть вино?
Павел купил шампанского. Всегда мечтал начинать утро с бокала игристого вина.
Они направлялись к высотному зданию на Котельнической набережной. Павел звонил по телефону, наводил справки: «Вы владелица? Очень нужна квартира! Для съёмок». Локейшн-менеджер дал ему пару адресов. По его просьбе, скауты отыскали владельцев, которые подтвердили доступность жилья, и теперь он договаривался о стоимости аренды и получал разрешение на заселение. Дальше всё зависело от Милы, её умения завязывать личные контакты и находить общий язык с разными людьми. Пока это не очень получалось.
– А у тебя что, другой одежды нет? – спросил Павел, от которого не укрылось, что владелица квартиры подозрительно оглядела её безразмерное пальто, в котором девушка выглядела, как какая-то деревенщина.
– У нас так все ходят. – Мила только хлопала глазами.
Бедняге требовалось помощь. Не очень-то к ней справедливы тут. Вот и первый отказ.
Павел старался, как мог. Он рассылал смс: «Друзья, есть контакты альпинистов, работавших на Котельнической?»
Мира хмурилась.
– Что, не хочешь на Котельническую?
– Нет, – твердо ответила она.
– Тебе не угодишь. Пока других вариантов не предвидится.
– Тогда ладно, – ответила она. – Посмотрим, что из этого выйдет.
Когда подошло время обеда, они пустились в долгий спор насчёт того, что есть. Мила выразила согласия насчет инжира и лепёшек, но в супермаркете их не оказалось.
