— Свята, я наелась! — отвлекала меня племянница. — Можно я пойду пока к детям?
— Только не мешай им кушать, малыш.
— Хорошо, — радостно кивнула Мира и убежала.
— Ты была другой, — задумчиво сказал Дмитрий. — Ни с кем не играла, плакала, просилась домой. Я иногда тебе завидовал. Жутко.
— Чему?
— Тому, что тебе было настолько хорошо дома, что ты не могла этого забыть.
— С Миры дома пылинки сдувают, — нахмурилась я, — просто она более контактная. И думает, что все это временно. Брат работает в аналитическом отделе, и они с Настей часто уезжают в командировки.
— Возможно, политика воспитания и адаптации поменялась именно после твоего побега, — продолжил развивать свою мысль Дмитрий, но мне об этом говорить не хотелось.
— Ты обещал рассказать, про накопитель, — напомнила я охотнику. — Кстати, зачем это вообще нужно?
— И Глеб, и Надежда объяснят лучше, — поморщился Мит. — Я могу только попробовать объяснить, как я работаю с этим.
— Буду благодарна.
— Твой организм готов к этому, иначе Надежда тебя бы не поставила к излучателю. Что ты чувствуешь, когда дотрагиваешься до него?
— Покалывание.
— Попробуй расслабиться и пустить это ощущение дальше — по ладоням, рукам. Глубже пока не нужно — там сердце, но и в руках можно собрать столько энергии, что датчик зашкалит.
— А потом? Наоборот?
— Верно мыслишь, мелкая. Потом дотронься до накопителя и дай энергии стечь в него. Это получится легче — наше тело не любит удерживать электричество.
— Это связано с проклятыми, да? Вы правда убиваете их голыми руками?
— Не хочу об этом говорить, — стиснул зубы Дмитрий, — и тебе не рекомендую. Узнаешь все в свое время.
— Дмитрий заходил? — спросила меня Надежда, кивнув на прибор, где на датчике остались пятьдесят три единицы энергии.
— Вы в меня совсем не верите, — утвердительно сказала я, подходя к столу, — думаете, что у меня ничего не получится.
— Да мне все равно, мнительная ты моя, что с тобой будет. Мне Митю жалко. Носится с тобой, как с писаной торбой.
— Я его не подведу, — нахмурилась я.
— Подведешь. Ты уже это сделала, появившись здесь.
Стиснула зубы и, повернувшись к женщине спиной, положила руки на излучатель. Как там говорил Мит? Пусти покалывание дальше по рукам. Легко сказать. Ещё и Надежда маячит за спиной, не давая сосредоточиться.
Ничего не получалось. Кончики пальцев покалывало сотнями мелких иголок, но пустить это ощущение дальше не получалось.
На этот раз я не испугалась, заблаговременно услышав открывающуюся дверь.
— Надежда сказала, что у тебя хороший потенциал.
— Правда? — искренне удивилась я, оборачиваясь к Глебу.
— Не получается? — кивнул он на прибор вместо ответа.
— Как видите, — сухо сказала я и убрала руки.
— Знаешь, — задумчиво произнес мужчина, — барьер ведь в твоей голове. Ты уже умеешь это делать, и твое тело готово. Но разум сопротивляется. Тебе кажется, что это принесет тебе боль или вред.
— Это не так? — недоверчиво хмыкнула я.
— Энергия приносит эйфорию. Чем больше ее, тем сильнее удовольствие. Беда случается только тогда, когда ты берешь больше, чем можешь унести.
— Зачем все это?
— Смотрю, Дмитрий не стал тебя просвещать. Хорошо, что ума хватило.
— Странно все это выглядит, — я нахмурилась. — Что вы скрываете?
— А по-твоему, мне нужно выложить все первой встречной? — тихо рассмеялся Глеб. — Докажи свою полезность сначала. Потом поговорим.
Я промолчала и, не выдержав его внимательного взгляда, отвела глаза.
— Я был одним из тех, кто продвигал среди охотников политику смягчения, — вдруг сказал мужчина. — Если тебе интересно, я не родился охотником.
— Правда? — вырвалось у меня. — Вас похитили? Так давно?!
— Да. Но я ни о чем не жалею. Лучше жить с открытыми глазами.
— Я не понимаю.
— Поймёшь. Скорее всего.
Положила руки на прибор, снова пытаясь поймать ощущение, о котором говорил Дмитрий.
— Повторюсь, — сказал Глеб уже от двери, — барьер в твоей голове. Придумай, как его обойти.
— Советчики, — пробурчала я себе под нос. Подняла ладони и уставилась на них. Это делают дети! Может у них и не получается с первого раза, но я то взрослый человек! Двадцать три года, в конце концов. Думай!
Влажное тело, вроде, лучше проводит ток? Или я ошибаюсь? Стоп. Главное, просто в это верить!
Оглянулась в поисках воды. Какая-то жидкость в комнате была, но я бы скорее поставила на кислоту, чем на воду.
— Руки у меня чистые, — сказала самой себе и, скривившись, лизнула сначала одну ладошку, потом другую. На языке остался металлический привкус.
Положила чуть влажные руки на излучатель и постаралась потянуть покалывание на себя. Когда лёгкая, похожая на ощущение после онемения, боль подбежала к костяшкам пальцев, я даже не осознала, что случилось. Лишь когда покалывание добралось до запястий, я вздрогнула и резко переложила руки на накопитель. Напряжение стекло в него, как вода, заставив стрелку датчика шевельнуться. Шестьдесят четыре единицы и одиннадцать из них мои. Я ликующе уставилась на прибор, невероятно довольная собой.
