2) Перенаправить освободившийся объем психической энергии на требуемый исправления участок ДНК;
3) Закрепить результат дополнительными инструментами.
В голове все прояснялось и укладывалось по полочкам. А на душе становилось легко, тепло и спокойно. Естественно, мозг не любит неопределенности, а уровень стресса снижается тогда, когда все становится понятным.
– В качестве допинструментов нужно использовать источники психической энергии. А это потребности, предпочтения и желания. В этом я Маше помогу – изменить свои желания с максимальной выгодой. А если нужно будет, то вовлеку маму в процесс коррекции. – Макс уже не мог сдержать радости, входя в чат конференции «ЧВ».
Все было так просто, будто он знал об этом всю жизнь. Только забыл на время. А сейчас вспомнил. Все до мелочей.
– А ведь это только начало. У эмоциональной энергии огромный потенциал. И исправлять можно не только поломки генома, улучшая качество жизни в физическом теле. А что, если перестроить иерархию ценностей? Изменив потребности, можно играть возможностями в геометрической прогрессии. Стоит только перенаправить психическую энергию в нужное русло. Цена вопроса – лишение человека эмоций.
В отличие от нарисованной в воображении перспективы, его эмоциональная вовлеченность зашкаливала.
***
Звенящая тишина серых стерильных улиц больше не пугала Макса. Он просто перестал выходить из своей подпольной Лаборатории Всевозможностей.
Теперь мир принадлежал усовершенствованной им расе биоэлектронных людей. Их идеальные фигуры и серые, отстраненные, прозрачные лица почти лишены мимики и жестикуляции. Лишь слабое свечение тонкой, незримой проводки импульсов было показателем жизни в теле. Да и возраст было определить невозможно. Большее внимание привлекали снующие между ними люди – в руках портативные пылесосы, вакууматоры и пакеты с фильтрами–пылесборниками. Их работа не прекращалась ни на минуту, так как для обеспечения жизнедеятельности жителей нужна стерильная чистота, чтобы не нарушать безупречную работу чувствительных наночипов. И как бы они не старались остаться незамеченными, оранжевые повязки на рукаве были самым ярким пятном в окружающей реальности.
Солнце и луна находились на одной линии горизонта одновременно, вопреки всем законам природы. Отгороженные с двух сторон защитными, поглощающими УФЛ панелями, они прекрасно сосуществовали вместе.
Время года не имело значения. Сейчас в Питере был вечный июль. Осадки не достигали поверхности земли, оставаясь в тропосфере. Защитный купол, разработанный «Заслоном» еще во время стажировки Макса на предприятии, работал безотказно. Он предназначался для защиты от вторжений и ядерных ударов. И естественно, пройдя определенные модификации, и дополнив активные фазированные антенные решетки (АФАР), он не только легко справлялся с адаптацией смен времен года, но и содержал в себе модули климатического оружия.
Оглушающая тишина, ни пения птиц, ни звуков космолетов. Только мелькающие лучи разных цветов пронизывали пространство вдоль и поперек – коммуникаторы. Каждый из цветов отражал скорость мысли, силу действия и агрессивность, либо дружелюбие, направленное адресату. Но такие вспышки были крайне редкими. Чаще встречалась плотная серо-металлическая нить, похожая на гитарную струну, не издающую звука.
Естественно, разноцветные импульсы исходили от людей, и были окрашены эмоциями, а серебряные металлические струны – это коммуникации биоэлектроников. Гибрид нейросети и системы наблюдения окутавший куполом всю высь, был похож на прозрачную паутину с капельками росы. От него веяло прохладой.
А люди, как рудименты из прошлого, выходили наверх из подземных бункеров с искусственных освещением и разрисованными яркими красками стенами. Только они напоминали о прежней человеческой жизни. О зеленой траве, ярком солнце и прохладном дожде. Об аромате цветов и музыке поющих фонтанов. О легком дуновении ветра и колючем морозе на щеках.
Мария давно уже не появлялась в их лаборатории. Теперь ей достаточно было послать импульс, лишь подумав о Максе, как на экране загоралась очередная задача, которую необходимо было решить и воплотить.
«Нет предела совершенству» – приговаривал Макс, внедряя все более усовершенствованные нанотехнологии, и выполняя появляющиеся раз за разом новые требования подруги.
Стильные солнцезащитные очки сменились на +7 в толстой роговой оправе. Слегка уставший пиджак на осунувшемся, небритом мужчине. Как же он похож на отца!
Линда теребила клювом его пробивающуюся благородную седину, пытаясь вернуть хозяина в реальность. Блеск ее оперения давно поблек, а из черных как космическая бездна глаз, скатилась слеза… Макс слегка опешил, но не удивился. Его Линда уже давно очеловечилась, перестав быть лакмусовой бумажкой его настроения. И теперь он не только слышал ее голос, но и увидел мир ее глазами. «Я ворона, я ворона На-на-на-на-на-на» разрывался, вздрагивая, микро динамик на столе.
***
– Ну и приснится же такое! – потянулся Макс в кресле, протирая сонные глаза и разминая затекшую шею.
