— И Вам его поступок кажется правильным?..
— Признáюсь — да; я предпочитаю жить, а не прозябать. Я не согласна с людьми, которые всё берегут, не растрачивая: деньги, жизнь, чувства. Я лучше отдам свое сердце, даже если это принесет мне боль и слезы, буду бороться, чтобы победить или проиграть, я хочу любить и ненавидеть сполна.
— Тут я с Вами полностью согласен, сеньорита Кастело Бранко. Я тоже считаю, что есть только две вещи, которым можно посвятить свою жизнь целиком: любовь и ненависть. Я собираюсь жить ради страсти или ради мести. — В серых глазах Деметрио промелькнула странная вспышка, и Вероника зачарованно смотрит на него. Лицо Сан Тельмо выражает непреклонную решимость, а его слова опаляют, как жаркое пламя. Перед этим мужчиной девушка чувствует себя точь-в-точь как Джонни перед ней: ее влечет к нему, и в тоже время он ее пугает. Стараясь скрыть смятение, Вероника слабо улыбнулась краешком губ. — Мои слова кажутся Вам смешными?..
— Ничуть, Ваши слова не могут быть смешными. Мне кажется, Вас следует опасаться. К тому же, Вы всего лишь подтвердили мои слова. Я тоже считаю, что могу жить ради большой любви, сильной страсти, или ради великой ненависти…
Деметрио собрался возразить, но на застекленной ротонде показалась белокурая головка Вирхинии.
— Они здесь, Джонни, — прощебетала Вирхиния. — Думаю, вы простите нас, если мы прервали ваш интересный разговор, — тут же обратилась она к Деметрио и Веронике. — Мы с Джонни минут двадцать, не меньше, бродили повсюду, разыскивая вас. Мы вам не помешали?..
— Ради Бога, сеньорита!.. Не желаете присесть? — Деметрио встал со стула, и Вирхиния тут же поспешила занять его место. Джонни медленно, даже с некоторой опаской, подошел к ним, и вопросительно взглянул на Веронику.
— Тебе стало плохо, Вероника? — спросил он с тревогой.
— Плохо? Что за чушь!
— Но вы перестали танцевать.
— Это — моя вина, — поспешил ответить Деметрио.
— Сеньор Сан Тельмо настаивал, что он скверный танцор, хотя, на мой взгляд, было достаточно немного потанцевать, чтобы исправить это. Одним словом, сеньор Сан Тельмо предпочел беседу танцам.
— Не могу осуждать его, поскольку на его месте, я выбрал бы то же самое.
— Тысячу раз прошу простить меня, сеньорита де Кастело Бранко. Надеюсь, в ближайшее время Вы с лихвой компенсируете пропущенный танец.
— Именно это мне и нужно. Вы меня простите, не правда ли?
— Ну что Вы, право, не стоит беспокоиться.
— Идем, Вероника? — Джонни предложил ей руку.
— Идем, Джонни… И не тревожьтесь о том, что не умеете танцевать, сеньор Сан Тельмо, беседовать с Вами тоже приятно. — Вероника приняла предложенную руку, и Джонни чуть ли не силой увлек ее за собой подальше от Деметрио.
— Сразу видно, что они нравятся друг другу, — с напускным равнодушием улыбнулась Вирхиния.
— И в самом деле… Ваша сестра очаровательна…
— Мы и не сестры с ней вовсе, даже не кузины… Вот Джонни и я — кузены. Мой отец и дядя Теодоро были родными братьями, а отец Вероники был им не то двоюродным, не то троюродным братом, словом седьмая вода на киселе. То, что у нас одинаковые фамилии, не более чем простое совпадение.
— Я догадался. Вы с ней почти не похожи, точнее совсем не похожи.
— В этом мне ее не победить, Вероника — настоящая красавица.
— Каждая из вас красива по-своему, — осторожно заметил Деметрио, силясь быть галантным. Он не понимал, почему, но девушка была ему неприятна. К тому же, сам не желая того, он украдкой следил за Вероникой. Где-то вдалеке, в ярко освещенном салоне, она танцевала в объятиях кузена — волнующая, прекрасная и непохожая на других. Глядя на Веронику, Деметрио неожиданно осознал, что именно из-за таких женщин мужчины лишаются разума и воли, и внезапное подозрение вонзилось в его душу, словно маленький смертоносный дротик.
— Возможно, мой вопрос покажется Вам нескромным… — Деметрио снова посмотрел на улыбающуюся Вирхинию.
— Вопрос?.. Какой?
— Вопрос, без сомнения, щекотливый, но, возможно, Вы меня простите. Иногда лучше узнать все заранее, чем потом оказаться бестактным. Ваш кузен и сеньорита Кастело Бранко обручены?..
— Вовсе нет!.. С чего Вы взяли?
— Просто мне так показалось, и на миг я испугался. Надеюсь, Вашего брата не встревожило, что он нашел нас здесь.
— Не беспокойтесь, сеньор сан Тельмо. Джонни хочется, чтобы никто не приближался к Веронике, но, что поделать, если все молодые люди увиваются вокруг нее, а она ко всем благосклонна.
— Хм…
— Впрочем, это естественно. Если девушка такая хорошенькая и привлекательная, поневоле потеряшь голову. Вероника очень славная, и ни в чем не виновата, но тот случай…
— Какой случай?.. В чем ее вина?..
— Не обращайте внимания на то, что я сказала. Право, я обмолвилась, подумав, что Вы из Рио, и в курсе того, что известно всему обществу, но раз вы ничего не знаете, мне лучше помолчать.
— Прошу Вас, расскажите.
— Это было бы дурно с моей стороны…
— Но, если все об этом знают, какая разница, что узнает еще один?
