Я почувствовала, как меня сгребли в объятия. В них было так тепло и хорошо, что все страхи вдруг отступили. Казалось, они находятся за пределами сильных руки и бояться подходить к тебе, когда ты под защитой.
- Вот где вас таких создают? - спросил генерал. Он провел рукой по моим волосам, а я жадно впитывала в себя это чувство защищенности. Боже мой. Я умираю в этом человеке Я растворяюсь в нем.
И тут я почувствовала, как меня обнимают еще одни маленькие ручки. Генерал отстранил меня чуть-чуть, поднял на руки Лили, которая тут же положила руки на наши шеи.
- Я люблю вас, - прошептала она.
И тут я заплакала, целуя ее щеки.
- Я тоже очень люблю тебя, - шептала я от всего сердца.
- Я люблю тебя, Лили, - слышала я голос генерала.
Мне кажется, что лучше этого момента не может быть ничего. Я мечтала об этом так давно, что уже и забыла о своей мечте. И вот она сбылась.
- А теперь играть! - звонко объявила Лили. - Пойдем, нянечка! Мы сейчас будем прыгать в классики!
Я улыбнулась, видя, как генерал одергивает ей платье, пока я поправляю банты. Я вышла в сад, чувствуя сердцем все происходящее вокруг. Щебетание птиц, шелест листвы, радостный смех Лили, яркий солнечный свет, заливающий дорожки и кусты, огромное роскошное поместье и любовь. Любовь, которой хочется обнять весь мир.
И тут я увидела черную незнакомую карету, которая свернула прямо в ворота. Она неслась на всех парах по аллее, а я мы с Лили замерли, глядя как она резко останавливается возле белых ступеней.
Из кареты, не дожидаясь протянутой руки кучера, вышла Марианна и направилась в сторону дверей.
- К вам госпожа Марианна Бувье, - произнес дворецкий, а я вздохнул. Сладкое чувство, опьяняющее и нежное, которое только что владело моим сердцем, когда я обнимал их двоих тут же сошло на нет.
- Это как понимать! - послышался гневный голос Марианны. Она бросила мне на стол письмо и уселась в кресло. Ее взгляд был холодным и полным обиды. - Ты написал, что между нами все кончено! Ты мог бы приехать и сказать мне это в лицо!
- Я приезжал, но тебя не было дома. То ты еще на балу, то ты уже на балу, - произнес я. Мне не хотелось в этот момент смотреть на ее бледное лицо, на котором застыла маска негодования и гнева. Но я знал, что эти отношения нужно заканчивать. С меня достаточно. - Поэтому я решил написать тебе, чтобы ты могла несколько раз перечитать и осмыслить все, что я хотел тебе сказать.
Вопреки всему я смотрел на нее с жалостью. Казалось, сейчас сквозь блеск бриллиантов проступает нечто другое. Пустота. Эта женщина живет только одним желанием блистать и всем нравится. Ничто другое ее не интересует.
- У тебя еще есть шанс извиниться! - заметила Марианна, глядя на меня испытывающим взглядом.
- Зачем? - спросил я.
- Сказать, что ты сходил с ума от ревности, был пьян или просто очень разозлился, - заметила Марианна. - И я подумаю, принять твои извинения или нет.
Я смотрел на ее красивое лицо, понимая, что любой другой мужчина на моем месте, упал бы перед Марианной на колени, стал целовать ее руки, заглядывать ей в глаза, обещать золотые горы. Но у меня не было ни малейшего желания.
- Ни то, ни другое, ни третье, - ответил я.
Я знал для чего я нужен ей. Она боялась старости. Она хотела выйти за меня замуж в надежде, что будет стареть так же медленно, как моя мать, бабушка, прабабушка. Но она просчиталась. Все дело не в браке с драконом. А в его любви. Пока дракон любит, его жена стареет так же медленно, как и он. Это недавно сказал мне прапрапрапардедушка.
- Я знаю на что ты рассчитывала, - заметил я, глядя ей в глаза. - Тебе не нужен был я, не нужна была Лили. Даже деньги тебя не сильно интересовали. Тебе важно было другое. Ты думала, что брак с драконом обеспечит тебе если не вечную молодость, то хотя бы медленную старость. Чтобы через пятьдесят лет, когда твои подруги состарятся, ты все еще была красивой, молодой и цветущей.
По глазам Марианны я видел, что попал в точку. Ее зрачки расширились, а потом сузились.
- Но ты просчиталась. Дракон должна тебя любить. А я люблю тебя так же, как ты меня, - заметил я.
Марианна посмотрела на меня в упор.
- У тебя появилась другая? - с дрожью в голосе спросила Марианна. Бедняжка не допускала мысли о том, что кто-то может затмить ее красоту. Но дело не в красоте. В чем-то другом. А в чем, я понял только несколько минут назад.
- Да, - ответил я.
Марианна подняла брови.
- Даже так? - спросила она, шумно втянув воздух. - А я даже знаю, кто это! Та, о ком ты готов говорить бесконечно! Няня твоей дочери!
Я вздохнул и промолчал. Какое ей дело до того, кто живет в моем сердце? Я прекрасно видел, что она любит меня так же, как и я ее. И теперь искренне не понимал, что же нас все-таки связывало?
- Ну что ж! Твое молчание говорит о многом! Буду считать, что я угадала! - на ее губах появилась улыбка. - Знаешь, дорогой Аргайл…
Марианна выждала паузу, постучав пальцами по столу.
- А ты уверен, что все про нее знаешь? - спросила она, глядя на меня таким взглядом, в котором одновременно была и насмешка и обида. - Про свою драгоценную няню?
