— Все в порядке, Миша, — сказал он. — Ты — среди друзей. Меня зовут Александр Сергеевич. Как Пушкина. Это Егор, — кивнул он на рябого, — и Николай, — он указал на третьего.
— Можно просто Николаша, — влез тот.
«Значит, это и есть тот самый торгаш хламом, — понял Михаил. — Надо же, а я его немного другим представлял».
— А с Пашей ты уже знаком.
— А наверху? — кивнул Митьков в сторону лестницы.
— Там Тарас. Паша, позови его, — вроде бы попросил, а вроде бы и приказал Федорков, мельком взглянув на Захарова.
Тот кивнул и метнулся к двери.
— Так вот, Миша, — продолжал Саша. — У тебя есть возможность, уж прости за громкие слова, поквитаться за твою испорченную жизнь.
— Каким же образом? — изобразил удивление старший лейтенант.
— Я тебе расскажу. Видишь ли, мы здесь не просто сидим в подземелье, как мыши в норах, и обсуждаем, кто и за что не любит советскую власть. Мы делаем дело.
— Какое?
— Понимаешь, — Федорков встал, вышел из-за стола и сделал несколько шагов, — чтобы избавиться от этой власти, надо сначала ее ослабить. Ты ведь и сам боец, наверняка знаешь, что ослабленного противника легче победить. И добить. Вот этим мы и занимаемся. Мы бьем исподтишка, чтобы нанести урон большевикам. Тогда и легче будет их потом свалить. Понимаешь меня?
— Да, — кивнул Михаил. — Понимаю.
— Молодец. Даже сочувствую, что ты образование до конца не получил. Впрочем, у меня тоже не было шансов выучиться. Я ведь из дворян, а к ним, сам знаешь, какое у большевиков отношение. Поэтому дорога в институты, университеты, академии для меня была заказана. Но еще не вечер. И ты, Миша, можешь нам помочь.
— Я не против, — сказал парень. — Но как я могу вам помочь?
— Тут нет ничего сложного. Я тебе объясню. — Главарь подошел к столу. — Николаша, достань карту.
Тот повернулся и будто из-за спины вытащил свернутую в несколько раз карту и положил ее перед Федорковым. Саша развернул карту и положил на стол.
— Подойди сюда, — поманил он Митькова.
Тот послушно встал рядом. Тут же подошли и Захаров с парнем, который встретил их, — Тарасом. Заслушавшись Федоркова, старший лейтенант не заметил, как они появились. Главарь оглядел собравшихся и продолжил:
— Знаешь, что это?
Михаил склонился над картой. Разумеется, он ее уже видел — капитан первым делом дал ему с ней ознакомиться, перед тем как отдать Захарову, чтобы тот передал куда надо. Все, что предполагалось по легенде, было аккуратно отмечено крестами. Рядом с некоторыми из них рукой Захарова были сделаны пометки — тот выполнил их по указке Дмитрия.
— Карта города. Какие-то объекты. — Парень сделал вид, будто внимательно изучает карту. — Вот здесь наша часть. Тут, кажется, склад провианта. А вот тут железная дорога идет. Там станция есть.
— Молодец, разбираешься, — одобрительно кивнул Саша.
— Да не очень хорошо, если честно, — немного смущенно сказал Михаил.
— Но тем не менее. Вот что мы делаем, Миша: мы уничтожаем стратегически важные объекты. Для большевиков это даже не укус осы, а уже кое-что посерьезней.
— Уничтожаете? — захлопал глазами Митьков. — Взрываете?
— И это тоже. И, к слову, в одном деле ты бы мог нам помочь.
— В чем именно?
— Посмотри сюда. — Федорков ткнул пальцем в один из крестов. — Это оружейный склад. Там и оружие, и боеприпасы, и взрывчатка.
— А, — понимающе кивнул старший лейтенант. — Я должен пойти с вами, правильно?
— Скажу так: ты мыслишь в правильном направлении. Мы, Миша, возьмем тебя с собой, если ты хорошо себя покажешь. И для начала поможешь нам узнать, когда на складе будет новое поступление оружия и боеприпасов. Периодически оттуда что-то увозят, но одновременно что-то и привозят.
— Хм, — покачал головой Михаил. — Сделать, конечно, сложно. У меня туда доступа нет. Ну, как нет… Я туда не хожу. Я ведь в службе связи. Но можно попробовать.
— Вот и замечательно. Тогда узнаешь и скажешь нам, когда прибудет новое оружие. И что именно.
— Хорошо.
— Я этому очень рад. — Главарь хлопнул его по плечу. — Егор, доставай.
Рябой кивнул и вытащил из-под стола бутыль с мутной жидкостью. «Вот что, значит, пил тогда Захаров», — подумал Митьков. Да, его предупреждал и наставник, и сам он понимал, что ему придется пить с этими уродами. Казалось, он уже морально был готов к этому. Но когда предстоящее оказалось не в воображении, а наяву, у офицера невольно свело нутро.
Следом за бутылкой на столе очень быстро появились рюмки и пара тарелок с какой-то нехитрой закуской. Егор разлил самогон по рюмкам.
— Выпей с нами, Миша. — Федорков сделал красивый, почти театральный жест.
Да, Захаров явно не ошибся, когда говорил об артистичности своего давнего приятеля. Впрочем, эту игру на публику Михаил отметил еще в начале разговора. У него возникло стойкое ощущение, что главарь раньше был актером. «Либо всю жизнь так кривлялся», — зазвучал в голове с ехидной интонацией голос капитана Юркина.
Парень кивнул и взял протянутую рюмку.
— За нашу победу, — провозгласил тост Саша. — И скорый крах красных живодеров.
