– Мне не стоило утаивать, кто я, просто жизнь у меня довольно своеобразная… Хотя, конечно, это меня не оправдывает. Знайте одно: я меньше всего хотел расставаться с Лейни. К вашему сведению, я целый год в себя прийти не мог, когда потерял ее след после Аляски. Случайно увидев ее в Чикаго, я узнал, что произошло за год, и чуть с ума не сошел. Я же пропустил всю ее беременность, рождение сына, первые четыре месяца его жизни! Я не могу повернуть время вспять и изменить прошлое, но я пытаюсь исправить то, что можно, поэтому сейчас я здесь и забочусь о ней, как умею. Например, даю ей выспаться, чтобы она быстрее поправилась.
Мамаша Лейни долго молчала и наконец спросила:
– Как там Коди?
– Тоже спит пока. Как только Лейни проснется, я передам, чтобы она вас набрала.
– Да, непременно передайте! И мне нужно знать о ее состоянии каждые несколько часов. Когда Лейни заболевала гриппом, она валялась по нескольку дней в страшном жару. В детстве ее несколько раз в больницу забирали… И не вздумайте давать ей Коди, пока не спадет лихорадка! Она захочет сама его кормить, но это слишком рискованно… И приготовьте имбирный эль и соленые крекеры, когда она сможет что-нибудь проглотить…
– Уже купил. Я буду регулярно присылать вам СМС о состоянии Лейни.
– Как бы я хотела, чтобы она вернулась домой, а я бы о ней позаботилась…
И тут я решился. Лучший способ расположить к себе будущих тещу и тестя – это дать им возможность повидаться с дочерью.
– А вы не хотите приехать в гости?
– В такую-то даль?
– Я могу заказать вам билеты на самолет.
– Гм, я… боюсь летать. – Я так и видел, как моя почти-теща нервно крутит руки, совсем как дочь. Становилось понятно, откуда у Лейни столько страхов.
– Ну, потерпите ради дочери! Когда вы в последний раз Коди видели?
– В роддоме… Так, а ферма наша как же?
– Разве там помочь некому? Лейни наверняка обрадуется встрече. Коди уже сидеть начал… Вы подумайте над моим предложением.
– Я с мужем посоветуюсь, как он скажет… – Некоторое время я слушал в трубке отрывки приглушенного разговора. – Вы слушаете? Саймон считает, что в гости – это хорошо.
– Тогда я закажу вам билеты и гостиницу.
– Да зачем же, Саймон сам…
– Прошу вас, для меня большая честь обо всем позаботиться. Мне нужны от вас кое-какие данные для билетов и адрес электронной почты, куда их прислать.
Будущая теща посомневалась, но наконец решилась. Я записал всю необходимую информацию, взял ноутбук Лейни и открыл список рейсов из Вашингтона в Чикаго, выбрав ближайший.
Заказав билеты, я сбросил их Карверам на почту.
Мобильный Лейни я бросил на диван. Я буквально валился с ног. И как это Лейни столько времени справлялась одна?! Итак, я пригласил в гости ее родителей. Завоевать расположение ее мамаши – это, можно сказать, сделано, но вот будущий тесть… Оставалось надеяться, что, когда Карверы отбудут домой в Вашингтон, мои яйца останутся при мне.
Я проснулась около часа ночи: груди болели, но температура вроде спала и тошнота, к счастью, прошла (рвотные позывы при пустом желудке – та еще пытка).
Я кое-как встала с кровати. Все тело ныло, будто я пробежала марафон или несколько часов качала мышцы. Живот болел и неприятно отзывался на прикосновения.
Я осторожно отпила несколько глотков воды, морщась от боли в саднящем горле. Вкус во рту был отвратительный. Я почистила зубы, поглядывая на себя в зеркало: вылезшие из косы пряди сбились в безобразный колтун, под глазами темные круги, кожа бледная, как бумага. Больше всего хотелось вернуться в кровать, но надо было сцедиться или покормить Коди. Голова кружилась, и слабость была удивительная, но кризис, кажется, миновал.
Заглянув в детскую, я мгновенно переключилась в режим паники, не увидев сына в кроватке. Я побежала по коридору и резко остановилась, отчего голова закружилась сильнее: в кресле-качалке растянулся огромный Эр Джей, закрепивший на поясе мою подушку для кормления: голова свесилась набок, а на руках спящий Коди. На столе красовалась пустая бутылочка. На эту спящую парочку можно было заглядеться.
Я на цыпочках прошла на кухню и попыталась как можно тише найти молокоотсос. Меньше чем за пятнадцать минут я наполнила две шестиунциевые бутылочки, потом вымыла стоявшую в раковине посуду и занялась собой. Хотя Эр Джей уже дважды видел, как меня тошнит, мне было не все равно, как я выгляжу. Если мне не пригрезилось, он согревал меня в своих объятьях и даже испытал ощутимое возбуждение, хотя я выглядела как одуревшая от алкоголя ночная бабочка.
Я обтерлась теплым влажным полотенцем, потому что потела от лихорадки несколько часов, и переоделась в свежую пижаму. На гигиенические процедуры у меня ушел остаток сил. Снова потянуло прилечь, закрыть глаза и заснуть, думая, как все-таки здорово, что я решилась дать Эр Джею второй шанс, который он блестяще оправдал.
