— И объем переданных материалов такой, что, по большому счету, помощь итальянских специалистов даже на данном этапе не является критичной, — объяснял отец. И что в любом случае новой машине и новому заводу быть. Часть узлов новой машины придется импортозаместить, вот же, новое-старое словечко, но в успехе этого предприятия никто не сомневается.
Так что должность отца остается в силе, и по большому счету ничего не изменилось.
Но на самом деле я в этом сильно сомневаюсь. Потому что-то, что рассказывал отец до этого про новую машину, звучало в реалиях Советского Союза, прямо скажем, невероятно. Компьютерный блок управления, автоматическая коробка передач, подвеска «Макферсон», инжектор — все это для советского автопрома было даже не ближайшим будущим, как мне казалось. А АКПП так и вовсе…
Насколько я помню, не то что в Советском Союзе — и в Российской Федерации будущего тоже был камнем преткновения, и качественных автоматов у нас практически не выпускали. А здесь АКПП предполагался для старшей версии нового ЗИЛа.
Вообще, отец рассказал что в связи с изменениями, будут две версии, и сейчас они прорабатываются как на ЗИЛе, так и в НАМИ. Базовая с двигателем в 1,3 литра и мощностью 70 лошадиных сил, с механической коробкой переключения передач, с передним приводом, подвеской «Макферсон» и дисковыми тормозами. И улучшенная, люксовая, с двигателем в 1,6 литра, четырехступенчатой автоматической коробкой и даже с кондиционером. Электроусилитель руля при этом предполагается для обеих версий.
Не знаю, как насчет базовой версии, но люксовая точно станет к моменту выхода на советский рынок самым желанным автомобилем на одной шестой части света. Кондиционер, автомат: сказка, а не машина! Особенно если сравнивать с представительскими «Волгами», в которых даже и близко нет подобного уровня комфорта.
Так что, несмотря на произошедшее, будущее у советского автопрома все равно планируется лучше, чем-то, что было в моей реальности.
Ну а потом мы с отцом плавно перешли к обсуждению уже моих дел. И главным вопросом, который задал мне отец, который волновал его больше всего, было мое отношение к тому, что никакой Италии не будет.
И я в тот момент искренне ответил то, что на самом деле я даже немного рад этому и уж точно чувствую облегчение. Что как будто бы я сейчас свободен. До этого я был зажат в рамках этого перехода, а сейчас этой зажатости нет, и я снова стал хозяином своей судьбы.
— А как же Европа, сынок? Как же возможность сыграть в новой лиге, попробовать себя в других условиях? — спросил отец.
— Пап, я уверен, что такая возможность мне еще представится. И вполне возможно, что даже в те же сроки, что и были в этих договоренностях с «Ювентусом». Возможно, что я и так после Олимпиады, ну или уж точно после чемпионата мира в Италии, уеду играть в Европу.
— Ну, посмотрим. Если так и будет, то я буду только рад, — ответил отец.
TUTTOSPORT
31 декабря 1985 года
БОЛЬШАЯ ПОЛИТИКА НАНОСИТ СОКРУШИТЕЛЬНЫЙ УДАР МЕЧТАМ О СУПЕР-ЮВЕНТУСЕ
Американское давление разрушило не только выгодный экономический проект, но и планы создания сильнейшей команды в истории
Марко Тарделли, спортивный обозреватель
ТУРИН — Мечта о создании сильнейшей атаки в истории футбола рухнула не на футбольном поле, а в коридорах власти. Политическое давление Вашингтона на итальянское правительство привело к разрыву соглашения о совместном предприятии ФИАТ-ЗиЛ, а вместе с ним и к отмене перехода Ярослава Сергеева в «Ювентус».
Вчера вечером стало известно, что советская команда экстренно покинула Италию по приказу из Москвы. Турне «Торпедо», которое должно было завершиться 4 января товарищескими матчами, прервано после всего трех игр.
«Это катастрофа не только для „Ювентуса“, но и для всего мирового футбола,» — заявил нам президент бьянконери Джанни Аньелли. — «Мы были в шаге от создания атакующей линии мечты: Платини — Сергеев — Лаудруп. Такого футбол еще не видел.»
Синьор Аньелли не скрывает своего гнева, но направлен он не на Советский Союз, а на собственное правительство:
«Москва поступила абсолютно логично. Если мы не выполняем свои обязательства по промышленному сотрудничеству, почему они должны выполнять свои? Это элементарная справедливость.»
Председатель ФИАТ и «Ювентуса» особенно возмущен тем, что решение принималось без учета мнения итальянского бизнеса:
«Нас поставили перед фактом. Америка сказала — мы прыгнули. А ведь речь шла не только о футболе, но и о выгоднейшем экономическом проекте. ФИАТ потерял огромный рынок, а „Ювентус“ — величайшего таланта современности.»
Сложно переоценить масштаб потерь для туринского клуба. Сергеев — не просто талантливый игрок, это феномен, который уже дважды становился обладателем «Золотого мяча». В свои 18 лет русский форвард показывает футбол, которому могут позавидовать лучшие игроки планеты.
Товарищеские матчи в Турине и Пизе только подтвердили этот статус.
