Записку эту подобрал Слава Сергеев, который уже сделала очень и очень многое.
Именно слова Сергеева, сказанные во время телефонного разговора с девушкой, помогли советскому руководству отреагировать максимально быстро. И если сопоставить время, то получается, что именно благодаря Сергееву КГБ, да и в принципе советское руководство, получило информацию о захвате заложников чуть ли не раньше, чем официальные испанские власти. Так что если все закончится благополучно, то только за это молодого футболиста могли представить к государственной награде.
— Что там у тебя, Слав? — сказал Юрий Владимирович.
— Вот, посмотрите, записка.
Развернув бумагу, Дубинин прочитал: «Мы забаррикадировались на чердаке отеля. Вся команда и десять человек персонала гостиницы. Пять человек погибло. Еще десять ранены. У нас два инфаркта — это Мышалов и Иванов. Много огнестрельных ранений, черепно-мозговые травмы. Мы вооружены. Держим оборону. Капитан Костенко, Комитет госбезопасности».
— Так вот почему эти ублюдки не показывают футболистов! — воскликнул Дубинин. — Молодец этот Костенко, сумел организовать людей. Это дает нам шансы.
Заместитель министра внутренних дел, сеньор Ваньес, облегченно выдохнул. Он, как и все остальные, понял, что возможно больших жертв удастся избежать.
А еще через полчаса на соседнюю с гостиницей улицу прибыло сразу два автобуса с советским спецназом под командованием подполковника Филатова. И услышав то, что заложники находятся на чердаке, тот довел эту информацию до своих людей.
Подготовка к операции началась.
Подполковник Филатов стоял у импровизированного командного пункта в окружении не только офицеров спецназа, но и группы людей в белых халатах. Рядом с планом отеля лежали схемы вентиляционных систем и металлические баллоны с непонятными для непосвящённых обозначениями.
— Итак, товарищи, — тихо сказал Филатов, обращаясь к собравшимся, — ситуация изменилась. Здание заминировано. Времени на длительные переговоры нет — террористы могут взорвать взрывчатку в любой момент.
Полковник медицинской службы Александр Воронин, главврач специальной медбригады, прилетевшей на ИЛ-76 вместе со спецназом, кивнул:
— Александр Иванович, мы готовы к применению «Агента-7». Газ на основе карфентанила, в пятьдесят раз сильнее морфина. Действует через дыхательные пути, время воздействия — три-пять минут до полной потери сознания.
— А последствия для заложников? — спросил Филатов.
— При своевременном применении антидота — минимальные. У нас есть налоксон, аппараты ИВЛ, полная реанимационная бригада. Главное — начать лечение в первые полчаса после воздействия.
Капитан химических войск Сергей Крылов, специалист по боевым отравляющим веществам, развернул схему вентиляции отеля:
— Товарищ подполковник, система вентиляции отеля позволяет равномерно распределить газ по всем помещениям. У нас есть шесть баллонов «Агента-7» — этого хватит на здание такого объема.
— Сколько времени на подготовку? — уточнил Филатов.
— Полчаса на подключение к вентсистеме, десять минут на закачку газа, еще пять минут на полное воздействие.
Старший лейтенант Воронцов, командир первой штурмовой группы, изучал схему здания:
— А что с террористами? У них могут быть противогазы.
— По нашим данным противогазов у них нет. Во всяком случае их не видел ни наш футболист который звонил в Москву ни товарищ Дубинин ни две местные горничные опрошенные полицией— ответил Филатов. — да, источники информации так себе но других у нас нет. Придётся рисковать. Без газа потери гарантированно будут очень большими. Как у штурмовых групп так и у заложников.
Доктор Воронин добавил:
— У нас есть преимущество. «Агент-7» — экспериментальный препарат, о его существовании знают только наши спецслужбы. Террористы не могли подготовиться к защите от него.
Филатов посмотрел на часы.
— Начинаем подготовку. Крылов, твоя группа подключается к вентиляции. Воронин, разворачиваете медпункт рядом с отелем, готовите реанимацию. Штурмовые группы — надеваете противогазы, проверяете связь.
— А сапёры? — спросил прапорщик Соколов.
— Ты с первой группой. Как только газ подействует, ищешь и обезвреживаешь мины. Времени будет мало.
Группа Крылова быстро и профессионально подключилась к внешним воздухозаборникам системы вентиляции, благо что они располагались так что не просматривались стз здания отеля. Работали в химзащите, каждое движение отработано на учениях.
— Первый баллон подключен, — докладывал капитан. — Начинаем закачку.
Медбригада тем временем разворачивала полевой госпиталь прямо на площади. Аппараты ИВЛ, дефибрилляторы, ампулы с налоксоном — все, что может понадобиться для спасения отравленных газом людей.
— Сколько пострадавших ожидаем? — спросил один из реаниматологов.
— Порядка пятидесяти человек— ответил Воронин. — Среди советских граждан есть два инфарктника, несколько с огнестрельными ранениями. Им понадобится особое внимание.
На чердаке отеля капитан Костенко прислушивался к звукам, доносившимся снизу.
