– Да не о чем мне догадываться! Я не знаю эту женщину. Она никогда не работала в моем магазине, – сказал он. – Я даже осторожно навел справки о ней, но никто из моих служащих никогда о ней не слышал.
– Поспрашивай еще, Брэд. Поговори со своими друзьями. Расспроси соседей. Пойми, что все зависит только от тебя. Она бывала в твоем офисе, это несомненно, – говорила Мартина. – Конечно, не исключен вариант, что кто-то подробно описал ей твой кабинет, но это маловероятно. Во Фриско она работала только официанткой, поэтому никакой поставщик не мог направить ее к тебе. И помни, что тебя интересуют лишь декабрь позапрошлого и январь прошлого года. Именно тогда она забеременела.
– Но ведь ты мне веришь, правда? – внезапно опять спросил он.
Ее голос дрогнул, когда она ответила:
– Да, я верю тебе. Кажется, верю. Однако это никоим образом не отразится на моей работе. Я буду делать ее точно так же, как и всегда.
– Ты должна отыскать отца этого ребенка, – настаивал Брэд.
– Но мать ребенка утверждает, что это ты. Анализы крови тебе не помогут. Помощник окружного прокурора отнюдь не на твоей стороне. Положение безвыходное, – сказала Мартина.
– Нет, не безвыходное, – отвергал он все ее доводы. – Я заеду за тобой в пять часов, и ты поработаешь сверхурочно и найдешь выход.
Марти чуть не задохнулась от волнения.
– Я думала, ты сердишься на меня, – произнесла она.
– Мы поговорим об этом при встрече, – ответил он и положил трубку.
– И куда же мы направляемся? – нервно спросила она, усаживаясь в «Вольво».
– Ко мне домой, – ответил он решительно.
Задавая вопрос, она подразумевала – «в какой ресторан», так что его слова оказались для нее полнейшей неожиданностью. Однако выскакивать из машины было бы глупо, поэтому она только поинтересовалась:
– И ты сам приготовишь ужин?
Брэд кивнул на большой пакет, лежащий на заднем сиденье.
– Конечно. Андреа меня кое-чему научила, – ответил он.
Перспектива не из блестящих. Марти отлично знала, какой он повар. Ведь еще совсем недавно он заявил ей, что кухня – это место только для женщины. Ей страшно хотелось есть, и потому она спросила:
– Что же ты собираешься приготовить?
– Ничего особо сложного. – Он улыбнулся, заметив скептическое выражение ее лица. – Мясо с тушеными грибами, печеный картофель и салат. Это было бы под силу даже тебе.
– Может быть. Наверное, ты хочешь поручить мне тушение грибов? – саркастически осведомилась она.
– Угадала, – улыбнулся он.
– Имей в виду, что грибы у меня всегда подгорают, – предостерегла Мартина. – И вообще – я порчу именно те блюда, которые, казалось бы, испортить невозможно.
– Ты действительно любишь все портить, – мрачно заметил Брэд. – Зачем ты назвала этому напыщенному хлыщу мое имя и еще прибавила, что я прохожу у тебя по делу об установлении отцовства?
Марти не сразу поняла, что он говорит о воскресной стычке с Джимом.
– Джим работал помощником окружного прокурора, а потом его место занял Гарри Милз, – поняв наконец, о чем речь, она попыталась оправдаться. – Если в разговоре с ним я случайно упомянула твое имя, это не значит, что я разгласила какую-то секретную информацию. Джим всегда интересуется моей работой, а я интересуюсь его.
– Ты не сказала мне, что он тоже владеет домом, – с укором произнес Брэд.
Марти пожала плечами.
– А с чего бы я стала говорить тебе об этом? – удивилась она. – Я не так богата, чтобы купить себе свой собственный дом, а недвижимостью я владеть хотела.
Тут они как раз подкатили к «недвижимости» Брэда – маленькому коричневому домику. Брэд печально поглядел на него.
– Я купил его не потому, что хотел, а потому, что мне надо было где-то жить, – сообщил он.
– Многие в таких случаях просто снимают квартиру, – сказала Мартина.
– Ну хорошо, пусть так. Я действительно имел деньги на его покупку. Но как это связано с тем, что ты владеешь домом на пару с каким-то клерком? – не переставал удивляться он. Вместе с удивлением в его голосе звучали нотки укора.
– Он не клерк, – обиженным тоном ответила Мартина. – Характер у него достаточно сложный, но странности есть у каждого. К примеру, ты целую неделю мучился от того, что я якобы намеренно скрыла от тебя, что дом принадлежит мне не полностью.
– Я мучился вовсе не потому, – заявил Брэд.
– А почему? – хотела знать Мартина.
– Потому, что ты обсуждала с этим парнем мои дела, – ответил он. – Этот твой Джим сразу, понимаешь, сразу понял, что я тот самый Брэд, который отказывается от собственного ребенка. И он вел себя так нагло…
– Ладно, я прошу прощения за то, что твое имя случайно сорвалось у меня с языка, – извинилась Мартина. – Но я все-таки не понимаю, почему ты дулся на меня семь долгих дней вместо того, чтобы просто позвонить и выяснить это недоразумение.
Брэд пристально посмотрел на нее.
– Я не дулся. Я решил, что вообще не хочу больше знать тебя.
– Плохо дело, – грустно сказала Марти. – Зачем же копить обиды? Если бы мы поговорили, ты бы быстро успокоился.
– Ты тоже могла позвонить мне, – обиженно поджав губы, сказал Брэд.
