– Тени приходят только один раз. Мы все – все ее Помазанники – пытались позвать ее. Попрощаться, убедиться, что она в порядке. Но она не появилась. Она ждет тебя.
Я сглотнула, глядя на свое мутное отражение в зеркальном потолке. Затем, не отдавая себе отчета, схватила лампу. Поднесла страницу из дневника к огню, завершая ритуал.
В трапезной резко похолодало.
Я закрыла глаза. Когда я снова открыла их, в центре зала стояла Леди. Тени льнули к полупрозрачному силуэту, как длинная мантия. Я едва сдержала неуместный смешок: даже после смерти моя мать умудрялась выглядеть по-королевски.
Кэтлин в слезах бросилась к ней, сжимая ее в объятиях.
Леди обняла ее в ответ, погладила по бритой голове и поцеловала в щеку. Потом прошептала что-то на ухо. Кэтлин настороженно глянула на меня, но кивнула и ушла, оставив меня наедине с матерью.
– Привет, – наконец произнесла я.
Проигнорировав меня, Леди принялась мерить шагами трапезную. Мне снова захотелось рассмеяться: некоторые вещи никогда не меняются.
– В последний раз, когда я была здесь, – пробормотала она, касаясь призрачными пальцами корзин и мебели, – брат перевернул стол и изгнал меня. Тогда я показала миру, кто я.
– Что случилось, когда Ву Ин меня забрал? – спросила я. – На что похожа…
– На что похожа смерть? – Голос ее был спокоен, когда она повернулась ко мне. Но умиротворенное выражение тотчас исчезло с ее лица, словно она пыталась вспомнить то, что успела забыть. – Твои друзья… дали мне немного времени. Да. Девочка из Благословенной Долины пела, чтобы замедлить мое сердце, а твой дирмийский любовник отнес меня в дворцовый лазарет. Мальчишка Кунлео велел целителям дать мне антидот. Но было, конечно, слишком поздно.
Она помедлила.
– Я… не ожидала, что этот Экундайо попытается меня спасти. В конце концов, я пыталась его убить. Но он позвал целителей к моей постели. Просто потому, что знал: ты будешь меня оплакивать. Олугбаде не был таким благородным. Похоже, иногда яблоко и впрямь падает далеко от яблони.
Наверное, так она извинялась за то, что пыталась навредить Дайо.
Я вздохнула.
– Тебе больно? Истории о Подземном мире – Шествие Эгунгуна, Рай в Ядре Земли… это все правда?
Впервые в жизни я увидела мать испуганной.
– Да, – прошептала она еле слышно. – Для вечного покоя я должна присоединиться к процессии умерших. И с каждым шагом я буду ощущать боль, которую причиняла при жизни из-за злобы или равнодушия. Но мне дали возможность отложить этот момент: я хотела сперва повидаться с тобой.
– Зачем? – требовательно спросила я. – Ты и сейчас все еще хочешь посадить меня на трон вместо Дайо? Или мечтаешь, чтобы я оставила Сонгланд на растерзание абику, как ты и планировала?
Леди вздрогнула. Поджала губы.
– Ты моя дочь, – ответила она. – Я лишь хотела с тобой попрощаться.
Я вгляделась в ее лицо, ожидая обнаружить признаки того, что она вновь намеренно давит на мои эмоции и манипулирует мной. Но вместо этого я увидела лишь гордую, одинокую женщину, болезненно осунувшуюся из-за яда, который принес ей смерть.
Думаю, Леди искала во мне следы своей потерянной мечты.
– Все это было игрой, знаешь ли, – призналась она. – И я играла так, как умею. Аритсар не короновал бы меня без армии, так что я обещала Сонгланду свободу от проклятия в обмен на их поддержку. Но если бы я позволила абику забирать аритских детей вместо сонгландских… даже армия не спасла бы меня от восстания. Ву Ин не понимает. Я не могла освободить детей-Искупителей, и все же я была бы к нему добра. Я бы… – Не договорив, она замолчала с отсутствующим выражением лица. Она вдруг показалась мне очень старой и очень юной одновременно. – Наверное, он сейчас ужасно страдает. Он опять остался один на горе Сагимсан. Я пошлю Кэтлин выходить его. Когда я нашла его, он был совсем беспомощным. Я исходила все двенадцать королевств, чтобы собрать свой Совет. Я спасала талантливых изгоев, которыми пренебрег весь остальной мир. Я вывела их в свет. Благодаря мне они стали полезны.
Я печально улыбнулась, вспомнив, что ее называли юной королевой разбойников.
– Их еще так много – гениев, которые жаждут признания и возможностей. Совет продолжит мою работу. Ты будешь жить здесь, в этом огромном дворце, и править Аритсаром сверху. А мои люди на улицах будут оказывать тебе поддержку изнутри.
Я покачала головой:
– Мне не нужна твоя…
– Мои враги думают, что я проиграла, – перебила она. – Но они ошибаются. Я сказала, что на троне Аритсара появится императрица, и я сдержала слово. – Она поджала губы. – Мое наследие продолжится в тебе.
Вместо этого я встала на цыпочки и поцеловала ее в щеку. Она была холодна, как камень. Я показала ей воспоминание о младенце в усадьбе Бекина: о девочке, которая хотела только материнских объятий… и ничего больше.
– Прощай, матушка.
– Прощай, Сделана-из-Меня.
