Лучезарная полностью

– Ладно, я знаю, что помощь понадобится. – Я рассмеялась, хотя грудь сдавило. – Поскольку я буду вербовать королей и королев в Совет и готовиться к Подземному миру, у меня не будет времени, чтобы наладить отношения между Аритсаром и Сонгландом. Но мы не можем просто игнорировать проблему. Не после того, что мы творили на протяжении веков. Мы должны отправить имперского посла-миротворца, кого-то, кто знаком с обычаями Сонгланда. Или хотя бы того, кто много о них читал.

Кира удивленно приоткрыла рот.

– На это могут уйти месяцы. Даже годы, – продолжила я. – Но если ты сумеешь убедить их торговать с нами, то мы утвердим должность посла Сонгланда в Ан-Илайобе. Подозреваю, что некий угрюмый принц, когда оправится от раны, не будет возражать против такого расклада.

«Откажись, – умоляла я без слов. – Не оставляй меня сейчас. Останься, Кира, будь якорем в моем шторме из проклятий и тайн».

Ее светло-ореховые глаза мечтательно затуманились.

– Я подумаю об этом, – сказала она.

Но радостная дрожь в голосе выдала ее с головой: она уже все решила. Когда Кира притянула меня в пахнущие корицей объятия, я улыбнулась ей в плечо.

«Никаких больше клеток, – подумала я. – По крайней мере, для Киры».

Последним был Санджит. После моего возвращения с Сагимсана мы не оставались наедине, и с тех самых пор, как я предложила себя абику, он почти на меня не смотрел. Может, он считал меня безрассудной? Когда он наконец подошел, на лице его читались боль и злость.

И вместо того, чтобы коснуться моего лба, он схватил меня за запястья, отмеченные синими узорами.

– Я буду полагаться на тебя, императрица, – пророкотал он низким голосом, – если ты пообещаешь, что вернешься.

Я сглотнула.

– Джит…

– Обещай, – продолжал он, – что ты сделаешь все возможное, чтобы выбраться из Подземного мира. Что это не какая-то глупая идеалистическая самоубийственная миссия, чтобы ты могла искупить преступление, которого даже не совершала.

Кира сделала медленный вдох.

– Ладно. Этим двоим не помешает пообщаться наедине. Пожалуй, нам лучше уйти. В трапезной уже накрыт ужин.

Она настойчиво выпроводила Дайо и остальных членов Совета прочь, оставив меня и Санджита одних в сумрачном Зале Снов.

Он отпустил меня, подойдя к высокому окну. На нем была длинная черная туника без рукавов, подчеркивающая медный цвет кожи. Лунный свет резко очерчивал его профиль.

– Здесь мы встретились впервые, – сказала я. – Ты был закован в цепи.

Уголки его рта приподнялись – и гримаса, и улыбка одновременно.

– Уже тогда ты была полна решимости спасать незнакомцев.

– Когда Ву Ин унес меня… я боялась, что ты погонишься за ним. Я рада, что ты этого не сделал.

– Я послал пять отрядов Имперской Гвардии. Велел обыскать каждый уголок империи в поисках места, куда этот сонгландец мог тебя уволочь. Даже оседлал коня и собрался возглавить поиски сам…

– Но ты остался, – сказала я, вставая рядом с ним. – Ты остался, потому что Аритсар только что потерял императора, и Дайо нуждался в тебе. Как и Аритсар. Это то, кто ты есть, Джит. И я такая же. – Я протянула руку, касаясь его небритого подбородка. – Мы с тобой знаем: в этом огромном мире есть вещи поважнее личного счастья. Наша история не об этом. Никогда не была… и вряд ли будет.

Он наклонился, прислонившись к моему лбу своим.

– Смерть никому не принесет пользы, – прошептал он. – В отличие от счастья. Если таков твой способ сдаться…

– Я не собираюсь сдаваться. Но если я не войду в Подземный мир через два года, погибнут дети. Ты ведь знаешь, Джит. Кроме того, я буду не одна. Я пошлю кое за кем, кто научит меня выживать там.

– Ву Ин?

– Возможно, – ответила я.

Но я думала, скорее, о Е Юн: о том, как она смотрела на меня в том храме в Эбуджо, как отважно сжимала кулачки, стоя на краю адской пасти. Если кто и мог научить меня выживанию, то это она.

Я мимолетно понадеялась, что она привезет с собой и Ай Ри. Большие умные глаза младенца часто всплывали в моих мыслях, необъяснимым образом затрагивая струны моей души.

Санджит выдохнул, обмякнув, и обнял меня. Наши сердца стучали в унисон.

– Подземный мир не привык терять добычу, – тихо заметил Джит. – Он будет искушать тебя остаться. Ты захочешь искупить грехи предков, выполнив условия перемирия. Я не могу защитить тебя. Я не собираюсь мешать тебе быть собой, даже ради твоего же блага. Но мне… страшно, Тар. Обещай, что вернешься. Пожалуйста. Мне нужно…

Я обняла его за шею и притянула к себе. Его губы отдавали на вкус солью, горем и страхом. Когда я углубила поцелуй, он подхватил меня под колени и уронил нас обоих на постель. Его руки прошлись по моей талии и бедрам, и я издала одобрительный стон. Одеяние плотно облегало каждый изгиб тела.

– Обещай, – сказал он. Его рот почти касался моего.

– Да, – произнесла я низким грудным голосом. Мое тело было барабаном, на котором он играл. – Обещаю.