— Дурак… Я пытался призвать лук. Что бы я с ним делал, парализованный… Как хорошо, что не удалось.
— Сейчас это единственное, что ты умеешь, — качнул головой маг. — Но об этом мы поговорим позже.
Наэри только вздохнул. Лишь теперь до него окончательно дошло, насколько невероятное чудо совершили для него Эран и целитель Кеаран, который, кажется, одновременно оказался воплощением Смерти.
Окинул взглядом сразу обоих — и учителя, и его брата — и благодарно улыбнулся.
— Спасибо, что пришли на помощь…
А потом, не в силах больше бороться с окутывающим его мягким теплом и всеобъемлющей слабостью, закрыл глаза и провалился в уютную, безболезненную темноту.
И этот сон словно послужил сигналом выпрямившемуся целителю.
— Может просто пойти придушить этого придурка? — ворчливо буркнул Кеаран. — Он ему всю душу чуть в клочья не изорвал. Боюсь представить, что он с остальными творил…
— После твоего-то проклятья? — Эльф усмехнулся. — Поди придуши.
— Руки марать… Кстати…
Целитель подошёл к бывшему мастеру трупных кукол.
— Кто показал тебе серую вуаль?
Тот шарахнулся так, словно перед ним вновь была смерть во плоти.
— Н-н-не с-скажу… — запинаясь, пробормотал он. И в голосе звучал не только страх, но и лютая, безумная ненависть. Умел бы убивать взглядом — уже убил бы.
А некромант задумался над чем-то и вдруг заискивающе улыбнулся.
— И заставить не сможете, мой учитель позаботился о том, чтобы защитить моё сознание! Освободите меня от проклятия — и тогда я согласен ответить на ваши вопросы.
Целитель усмехнулся.
— Знаешь, как такие, как твой учитель, защищают? Смертным проклятьем. Как думаешь, чьё сильнее?
На лице некроманта отразился ужас. Похоже, сомнений в том, кто сильнее, он не испытывал.
Как и в том, что тот, кто снабдил его знаниями из запретных областей некромантии, действительно наложил на него проклятье. И, судя по всему, он прекрасно понял, что с ним будет, если оно сработает теперь, когда он проклят ещё и Хозяином Серых Палат.
— Понятливый — это хорошо, — целитель снова усмехнулся. — Подумай пока: от проклятья твоего «учителя» я тебя, пожалуй, избавлю, коли надумаешь. А всё остальное… Получишь, что заслужил. Времени подумать тебе до следующего заката. И молись богам, что б тебя другим способом не прибили к тому времени. Благо есть за что, да и кому тоже.
Тот лишь злобно смотрел на Кеарана, но вновь дерзить не осмеливался. Да на словах о «ком-то», кому есть, за что прибить, в глазах мелькнуло какое-то опасливое понимание пополам со злорадством. Судя по всему, если в чём-то он и раскаивался, то ли в том, что был недостаточно осторожен и силён, чтобы подчинить себе «Хозяина Серых Палат».
Целитель покачал головой и отвернулся. Исправлять таких — не его работа.
— Излом чувствуешь? — державший ученика на руках эльф времени без дела, похоже, не терял, «присматриваясь» к убежищу некроманта.
— Слабый, — отозвался целитель. — Думаешь, переход?
— А ты здесь трупы от этих осколков, — кивок на серое марево рядом, — видишь?
— Логично… Но тогда нам понадобится «официальная власть».
— Сейчас организую, — усмехнулся эльф. — Заодно устрою парня поудобнее.
— Пусть дадут ему горячий шоколад как проснётся.
— Передам, — кивнул эльф, шагая в туманную дымку портала. Потом, словно о чём-то вспомнив, остановился. — Слушай, у меня руки заняты, а парень и так натерпелся…
Целитель хмыкнул и, щёлкнув пальцами, ликвидировал все следы «позора» братового ученика. Эльф кивнул, а миг спустя шагнул в дверь лазарета.
***
Когда Кеаран исчез — просто вскинул голову, словно прислушиваясь к чему-то, и миг спустя растворился в воздухе — Гайр как раз в четвёртый раз проверял защиту Башни с помощью артефакта контроля, а Наилир отдавал распоряжения остаткам заметно поредевшего гарнизона. Той его части, которой повезло находиться на верхних этажах Башни или отсыпаться после ночного караула. Лишь их, вкушающих заслуженный отдых, призванное неведомым некромантом чёрное пламя не посчитало в качестве боевой силы. Они остались спокойно спать, в то время как остальные, погружённые насильно в колдовское забытье, были оторваны от своих тел. Но чего враг не учёл, так это силы воли людей, несущих службу в приграничной Крепости и в любой момент готовых встретить натиск врага. Лишённые тел, воины Третьей Башни даже не осознали своего состояния и привычно выступили против нападающих — столь же бесплотных, как и они сами.
К несчастью, не затронутых чужим колдовством осталось совсем немного: немногим более двух дюжин. И сейчас они спешно вставали на опустевшие посты, принимая на себя обязанности тех, кто теперь лежал на лекарских койках.
Почти половину из них пришлось выставить на подступах к жилому крылу, где находились обитающие в башне женщины и дети, и возле лазарета.
Всем, впрочем, было уже понятно, что раз кто-то сумел проникнуть в самое сердце Третьей Башни и похитить сына военачальника, да ещё так, что даже мастер Защиты, имеющий полный контроль над сетью защитных артефактов, ничего не заметил… Словом, бесполезность расстановки караульных была понятна даже самому Третьему Стражу.
