Маг на миг закрыл глаза, ещё раз вдохнул.
— И всё усилено магией. Но не чистой силой, скорее амулет… Нет, заряженный магией кристалл. Скорее всего, лунного камня — но, возможно, и хрусталя…
Закрыв пузырёк, Эран протянул его Третьему Стражу.
— Вас ждала бы очень тяжёлая смерть, с полной потерей рассудка. Но скорее всего её признали бы естественной. Приняв за мозговую горячку.
По мере того как он говорил, брови старика изумлённо лезли вверх, пока не приняли почти вертикальное положение.
— И вы поняли всё это всего лишь по запаху? — озадаченно уточнил Наилир, разглядывая гостя со странной задумчивостью.
Почти одновременно с ним притихший Гайр в сознании Эрана грязно выругался, и в его мысленном «голосе» прозвучал такой ужас, что и без слов стало понятно: о точном действии подброшенного ему яда он даже не догадывался.
— Зелья и яды из естественных компонентов — одна из моих специализаций, — с улыбкой ответил маг. — И у меня был очень строгий наставник.
Наилир с несколько недоверчивым видом покачал головой. Но спорить не стал. Вместо этого повернулся обратно к стене, где, судя по всему, было устроено карманное, с доступом на одного-единственного человека, пространство. Миг, яркая вспышка рун — и флакон исчез.
— То, что смерть должна была выглядеть естественно, понятно, — задумчиво проговорил он. — Иначе случилось бы ровно то, чего добивался мой зять. Расследование, императорская опека, высочайший уровень защиты…
Он запнулся на миг, и вдруг закончил с горечью:
— Всё продумали, мерзавцы! У мальчика не было никаких шансов…
От Гайра пришла волна молчаливой, бессильной ненависти. Можно было представить, как мечется заключённая в стилете живая душа, в ужасе представляя, что ожидало бы Третьего Стража, не появись так вовремя маг с его необыкновенными способностями.
— Не всё, — усмехнулся Эран. — К счастью для всех нас. Они не рассчитывали на истинную судьбу вашего младшего сына, и на чистоту души вашего зятя. Ну и так, ещё на парочку не существенных деталей.
— За это они тоже заплатят, — ледяным голосом, в котором отчётливо прозвучало обещание мучительной смерти, откликнулся Наилир. — Я сам виноват в том, что не захотел довериться Гайру. Потому и потерял его. Быть может, проведи я ритуал, о котором он столько раз просил…
Он тяжело прикрыл глаза, словно пережидая приступ душевной боли. И продолжил уже почти спокойно:
— Теперь мне осталось лишь одно утешение: надеяться, что всех причастных постигнет кара.
Эльф с сочувствием посмотрел на третьего стража, но развивать тему не стал, не время. Вместо этого, он невозмутимо спросил:
— Как скоро Наэри позволят покинуть лазарет?
— Я не лекарь, — нахмурился Третий Страж. — Поэтому даже предполагать не могу, когда Ниа… Наэри отпустят из лазарета. Однако вчера старший целитель утверждал, что рана моего сына не опасна, хотя и болезненна, и самое большее через неделю он встанет на ноги. Если желаете, я вызову его сюда, и вы сами сможете задать ему все интересующие вас вопросы, господин маг.
— Не нужно, — Эран качнул головой. — Неделя для него — слишком долго… Найдёте способ объяснить отсутствие зятя на ближайшие две-три свечи?
Наилир вздохнул.
— Найду, — как-то устало согласился он. — Вы что-то ещё задумали?
— Собираюсь исполнить незаслуженно заброшенные обязанности наставника, — улыбнулся маг и встал. — К колоколу Змеи у меня будет хотя бы часть ответов.
Открыв дверь, он, не оборачиваясь, бросил голосом Гайра.
— Я всё сделаю.
Несколько щепок спустя Эран быстрым шагом вошёл в лазарет.
— Подъём! Прогулки на свежем воздухе способствуют быстрому восстановлению.
***
В тишине лазарета голос мага прозвучал, как удар колокола. Его ученик, дремавший под полностью окутывающим его золотистым облаком каких-то магических плетений, вздрогнул и почти машинально подскочил, пытаясь встать.
И, разумеется, тут же зашипел — потревоженная, не до конца ещё зажившая рана такого порыва не простила.
— Мастер? — с невольным стоном пробормотал он, теперь уже с осторожностью пытаясь спустить ноги с постели.
Маг просто вытянул руку.
— Эшшш ссса тар. — С пальцев слетел сноп зелёных искорок, моментально впитавшихся в тело ученика. — Ближайшие три свечи боли не будет. Если не перенапряжёшься, заживление пойдёт быстрее. Встанешь на ноги за три зари. Пошли, — не говоря больше ни слова, он направился к выходу.
Мальчишка, удивлённо посмотрев ему вслед, неуверенно пошевелил плечами. И губы его сами растянулись в невольной, недоверчиво-радостной улыбке.
Осторожно, но быстро поднявшись, он схватил с установленной прямо возле кровати этажерки выстиранную, выглаженную и аккуратно сложенную «ученическую» куртку и поспешил за уже открывшим дверь учителем.
— Эран, куда мы идём?
— На стрельбище. Я сделаю там купол. Сможем и потренироваться и поговорить. Где твой лук? — и продолжил, не дождавшись ответа. — Не иди за ним, призови. Дай ему имя как лошади и позови.
Юноша нахмурился. Взглянул виновато.
