— Наверное… — без особой уверенности отозвалась она и пообещала уже твёрже: — Если нужно, я очень постараюсь!
Опекун непонятно улыбнулся, глянув вроде бы и с одобрением, но как-то снисходительно.
— Через месяц состоится крупное торжество, — поделился он, рассуждая вслух. — В честь двухсотлетия со дня основания Академии. Соберётся весь цвет общества, будут приглашены наши лучшие выпускники и наиболее многообещающие студенты. Это хорошая возможность себя зарекомендовать.
— Вы… — голос сорвался от волнения, и Гвен пришлось откашляться, прежде чем продолжить: — Вы хотите, чтобы я тоже участвовала в празднике?
— Я возлагаю на тебя большие надежды, — не ответив прямо, сообщил опекун. — За то время, что я возглавляю Академию, у меня были… скажем, особые проекты, но твоя особенность, двойственный дар — это самое примечательное явление из всех, с чем доводилось сталкиваться. На это можно делать серьёзную ставку. Если ты не подведёшь, Гвеннет, мы положим начало новой эпохе. Возможно, через несколько десятилетий мы придём к тому, что высокие титулы и всеобщее признание станут наградой за способности и заслуги перед империей, а не только наследственным достоянием. Но чтобы перемены не встретили противостояния, они должны идти исподволь, незаметно. Понимаешь?
Гвен кивнула. На самом деле не всё в рассуждениях ректора было ей понятно и не всё находило отклик в душе. До сих пор она не задумывалась о делах империи, о возможности перемен и о том, нужны ли они. Собственно, Гвен и сейчас не намеревалась ломать голову над судьбами мира — у неё хватало своих нерешённых сложностей. Однако не возникало сомнений, что в главном для неё опекун находится на её стороне, какими бы ни были его собственные мотивы.
— Конечно, стоило бы ещё подождать, но и упускать такой случай обидно, — продолжил размышлять граф. — Думаю, мы ничего не потеряем, если уже сейчас выведем тебя в свет. Твоя задача — доказать, что ты этого заслуживаешь. Справишься?
Доказать, что она не выскочка. Гвен задумалась, не решаясь сразу ответить. Страшно было проявить излишнюю самонадеянность, но и отказаться от предлагаемого шанса казалось невозможным.
Теперь её дни стали ещё более насыщенными. Опекун нанял для неё учителя танцев, и вечерами Гвен по несколько часов кружила по отведённому для тренировок залу, запоминая и оттачивая необходимые движения.
Откровенно говоря, занятие казалось ей пустым и бессмысленным. Не то чтобы Гвен не нравилось танцевать, но она привыкла совсем к другим пляскам. В деревне, где она родилась и выросла, с этим всё было просто: слышишь музыку — скачи под неё, как вздумается, если есть настроение повеселиться. А какой смысл в танце, если он больше похож на некий ритуал и вовсе не веселит, а требует точности и внимания?
Однако Гвен ни словом, ни жестом не выдавала своих мыслей. Раз уж нужно — она научится и этому. Иногда, если какое-нибудь движение никак не давалось, она представляла себе грядущее торжество. Ректор сказал, там будет множество именитых, влиятельных людей. Раз так, наверняка приглашён и барон де Триен. Гвен не стала спрашивать, опасаясь, что её интерес будет выглядеть неуместным, однако почти не сомневалась, что не ошибается в своём предположении.
В такие минуты ей больше, чем когда-либо, хотелось ни в чём не уступать благородным леди. Учитель был доволен её результатами и уверял, что через месяц её будет «не стыдно показать людям».
Иветт, узнав о том, что Гвен приглашена на торжество, восторженно захлопала в ладоши.
— Подумать только, как тебе повезло! Я так за тебя рада! Первокурсников ещё никогда не приглашали на празднества в честь основания Академии. А в этом году ещё и круглая дата, наверное, будет нечто грандиозное! Может даже, бал посетит кто-нибудь из императорской семьи. Хотела бы я тоже там побывать!
— А ты не можешь пойти? — удивилась Гвен. Несмотря на то, что она уже была наслышана об исключительности предстоящего мероприятия, в голове не укладывалось, что даже дочери главы Тайной службы туда ход закрыт.
Иви состроила грустную гримаску.
— Не в этом году точно. Отец уже получил именное приглашение, как всегда на двух персон. Конечно, он пойдёт с мамой. Может быть, если у меня будут хорошие успехи, через год-другой он согласится похлопотать о дополнительном приглашении, но сейчас и говорить не о чем… А ты уже заказала себе наряд? Надеюсь, ты не станешь скромничать и захочешь, чтобы тебе пошили что-то умопомрачительное! На таком празднестве все дамы будут блистать!
Гвен ещё не думала о платье, хотя опекун на следующий же день после того, как сообщил о предстоящем приёме, прислал ей туго набитый кошелёк, чтобы она могла подготовиться к торжеству. Узнав об этом, Иветт тут же предложила помощь и с энтузиазмом взялась за дело. Понимая, что подруга гораздо лучше неё разбирается в моде, Гвен лишь согласно кивала в ответ на её рассуждения о тканях, фасонах и украшениях.
Увлёкшись подготовкой Гвен к празднику, Иветт на время даже забыла о своём намерении проследить за лабораторией исчезнувшего профессора.