Также право на деторождение можно оправдать следующим способом, не отрицая наносимый вред: если бы от права на деторождение необходимо было отказаться, чтобы уберечь потенциальных людей от вреда, то государство могло бы: а) отнять право, но закрыть глаза и позволить людям размножаться; б) активно запрещать размножение. Первое было бы бесполезно, ведь суть главное – предотвратить вред для будущих людей. Отнятие права на деторождение должно подразумевать, что людям
Для предотвращения нарушений (даже частично) государству придется ввести политику чрезмерного вмешательства в личную жизнь. Справедливо, что совокупление запретить невозможно и не нужно, значит, государству нужно будет поделить случаи зачатия на преднамеренные/по недосмотру и на случайные. В любом случае, государство для предотвращения рождения должно будет требовать аборт, и при сопротивлении производить его насильственно. Это приведет к подпольным зачатиям и родам, что повлечет высокий уровень заболеваний и смертности беременных, рожениц и новорожденных. Согласитесь, картина ужасающая, и благо не-рожденных людей не стоит таких страшных мер. Тем более что благо не будет достигнуто в полной мере, т.к. люди все же будут нарушать запрет, значит, эти меры будут приняты зря.
В текущей ситуации этого аргумента кажется достаточно для обоснования права на деторождение (в т.ч. для узаконивания). Однако необходимо задуматься над еще одним доводом. Мы можем представить общество, в котором деторождение запрещено и обеспечено без применения описанных выше жестоких мер. Это было бы возможно, если бы существовало эффективное противозачаточное, вводимое людям без их ведома (например, через воду или воздух). И это без оруэлловских ужасов вроде слежки, стерилизации, абортов и т.д. Эта мера также являлась бы вторжением в личную жизнь, но для узаконивания права на деторождение этого вмешательства было бы не достаточно.
О каком обосновании права может идти речь, если размножение будет мягко и ненавязчиво предотвращено? Наиболее весомый довод, пришедший мне в голову вот какой: точка зрения о вреде появления на свет встречает много критики. Пусть даже это горькая правда, всеобщее отвержение показывает, что большинство людей никогда не примут эту точку зрения. Если в определенной сфере существуют разногласия, государство должно предоставить людям право выбора – совершать (возможно, неправильные) действия или нет. В рамках данного довода предлагается обусловить принцип, по которому что-либо считается/не считается вредом. Если условия нет, государство может запретить что угодно, если оно наносит вред без согласия личности. Если добавить условие, принцип будет звучать так: если существуют разногласия относительно вредности или безвредности действий, эти действия нельзя запретить.
Приведем пример. Есть сторонники мнения, что прерывание беременности наносит плоду вред. Скажем, про-лайферы считают, что аборт неоправданно вредит плоду, соответственно должен быть запрещен. Некоторые из про-чойсеров отвечают, что этический статус плода неоднозначен. На основе этого они могут требовать законного права на прерывание беременности, даже если в каких-то случаях это этически не правильно.
Но есть так же серьезные примеры, которые ставят довод под сомнение. Представим, например, рабовладельческое общество, в котором принято считать, что определенным людям от природы суждено быть рабами. В таком обществе широко распространено мнение, что рабство не вредит рабам, а может даже идет на пользу. На доводы аболиционистов рабовладельцы могут отвечать, что это очень спорный вопрос, а значит, вред не доказан. Что не означает, что аболиционистов или нас, далеких от рабства и во времени, и географически, убедит их аргумент. Согласитесь, что рабство не должно быть узаконено, пусть даже существуют разногласия относительно его вреда.
Что доказывает, что споры и разногласия в нашем вопросе не будут основанием для узаконивания.
