Лучше никогда не быть полностью

Отсюда не следует, что прерывание беременности после указанного срока даже prima facie (при отсутствии доказательств в пользу противного) неправильно, т.к. можно предположить, что минимально-сознательное существо может иметь некие моральные интересы, однако не обязательно – интерес к продолжению существования. Так можно утверждать, что prima facie недопустимо будет причинить боль минимально сознательному существу, но допустимо убить его безболезненно.

Приверженцем данной точки зрения является Майкл Тули.²⁰ Его доводы (напоминающие доводы Раймонда Фрея, обозначенные выше)²¹ можно представить таким образом:

1) Утверждение: «Х имеет право на продолжение существования как субъект опыта и других умственных состояний» приблизительно равно утверждению «Х является субъектом опыта и других умственных состояний, Х способен желать продолжения существования как такой субъект, и если Х желает продолжить существование, другие prima facie не должны ему в этом препятствовать».²²

2) Иметь желание – значит хотеть, чтобы определенное предположение стало правдой.

3) Для того чтобы хотеть, чтобы определенное предположение стало правдой, необходимо понимать это предположение.

4) Понимание этого предположения невозможно без обладания понятиями, в нем заключенных.

5) Таким образом, желания ограничены понятиями, которыми субъект обладает.

6) Ни плод (на любой стадии развития), ни младенец не имеют понятия о себе, как о субъекте опыта и других умственных состояний.

7) Следовательно, ни плод, ни младенец не имеют права на продолжение существования.

Профессор Тули говорит о праве на продолжение жизни в самом серьезном смысле этого слова. Меня скорее интересуют не права, а связанное с этим понятие интересов, потому я воспользуюсь доводами профессора Тули для решения вопроса, имеют ли плоды и младенцы интерес к продолжению существования.

Доводы содержат несколько крайне противоречивых допущений. Во-первых, не очевидно, что интерес к продолжению существования (или право на это) заключается собственно в желании существовать. Желая продолжать существование, человек на самом деле желает гораздо большего, под этим подразумевающегося, а продолжение существования – лишь инструмент для удовлетворения этих желаний. Если существо, обладающее только сознанием, желает повторить приятный опыт, и если это желание и возникающий от этого интерес имеют этическую значимость, существо действительно может обладать интересом, пусть даже слабым, к продолжению существования.

В ответ можно заявить, что плод и даже новорожденный не обладают желаниями вообще. Не менее противоречиво, как интерес к продолжению существования соотносится с каким-либо желанием. Вполне возможно, что интересам личности служит продолжение существования, однако это не означает, что личность того желает. Профессор Тули указывает на это, пересматривая свое исследование; он говорит: «право индивида на Х нарушается не только когда он желает Х, но и когда он желал бы Х, не будь он: а) в эмоционально нестабильном состоянии, б) временно без сознания, в) в таких условиях, в которых он не желает Х.»²³ При этом не учитываются некоторые смущающие контр-примеры. Но почему бы не добавить еще условий? г) у индивида отсутствуют необходимые понятия. Условия а, б и в основаны на допущении, что индивид, попадающий под эти условия, имеет интерес к продолжению существования. Но многие также считают, что такой интерес может возникнуть у существа, обладающего сознанием, но не самосознанием себя, как объекта опыта. Если уж мы принялись втискивать некоторые случаи в понятие желания, почему бы не добавить еще? Вместо этого будет лучше сказать, что значение имеет не желание (сознательного существа), а интерес.

Даже если бы способность желать была обязательным условием, мы бы смогли оспорить второе допущение: «Иметь желание – значит хотеть, чтобы определенное предположение стало правдой». Можно смело утверждать, что младенец желает утолить голод, хоть и не может осмыслить предположение о голоде, еде и связи между ними. Стоит оспорить данное допущение, и весь аргумент развалится.

Хотя я считаю, что доводы профессора Тули нужно опровергнуть, в них есть зерно правды, требующее подкрепления. Говоря, что минимально сознательное существо может обладать интересом к продолжению существованию, мы не подразумеваем, что этот интерес так же силен, как интерес существа, обладающего самосознанием. Интерес, основанный на примитивном желании повторить приятный опыт, гораздо слабее интереса, основанного на самосознании, целях и планах. В последнем случае индивид гораздо более вовлечен в свою жизнь, и умерев, потеряет гораздо больше. Однако слабый интерес не означает отсутствие интереса вовсе.