— Послушай, любовь моя, предположим, у тебя перед глазами все возможные изображения и символы, связанные с некой загадкой, трагической и очень запутанной, самой сложной загадкой, встречавшейся в твоей жизни. Ты внимательно всматриваешься в каждый элемент этой задачи и понимаешь, что ключ к разгадке — в тех же самых таинственных элементах, которые ее составляют. И ты с еще большим вниманием разглядываешь всю эту символику: фигуры, буквы, ноты, математические знаки. Ты концентрируешь собственное внимание, пытаешься применить то или другое решение, но ни один ключ не подходит для решения ребуса, не открывает правды, а лишь наталкивает тебя на новые предположения, подводит к новым гипотезам. Ты становишься все нервознее и бессильнее и яростно продолжаешь искать этот верный ключ, который поможет дать ответ на все твои вопросы и точно подойдет к двери, за которой — истина. А покуда ты тратишь свои силы на тысячи попыток.
— Армандо, ты не должен принимать это так близко к сердцу. Вот увидишь, когда меньше всего будешь этого ожидать, что-то вдруг появится: какой-то просвет, какая-нибудь новая улика, какая-нибудь банальнейшая вещь, которые помогут тебе во всем разобраться и блестяще разрешить и дело Рубирозы.
— Блажен, кто верует.
— Я не оптимистка, я просто реально смотрю на вещи, дорогой мой. Я верю в талант и в интуицию блестящего комиссара Ледоруба. — Говоря это, она взяла его под руку. — Пошли домой.
Едва они вошли в квартиру, Джулия обняла его:
— Посмотрим, удастся ли мне отвлечь моего полицейского от мыслей о смерти.
Комиссар укусил ее за плечо через блузку, схватил за тугую грудь и почувствовал, как она напряглась от удовольствия… Армандо, возбужденный ее движениями и вскриками, не выдержал и тоже застонал, потом обессиленный опустился на стул. Она погладила его по лицу, слегка укусила его за щеку и поцеловала густые ресницы.
— Ты совершенно необыкновенный любовник. Жаль, что мы не можем остаться вместе и пофантазировать после любви. Сегодня у меня нет времени, я должна бежать в банк. Иди в нашу комнату и отдохни. Не забывай думать обо мне.
Она пошла в ванную, быстро поправила макияж и убежала. Уже на пороге она крикнула:
— Чао, любовь моя! До скорого! Звони!
Армандо лег на широкую постель, но заснуть ему не удалось. То, что произошло в середине дня, сильно взволновало его. Он спрашивал себя: почему его хотели убить? Потому, что он был близок к истине? Или хотели просто предупредить? А может быть, оглушить, чтобы забрать документы? Выбор оружия, сила удара — все это было смертельно. Необходимо соблюдать осторожность, ни на минуту не отвлекаться, и тогда вскоре (он это чувствовал) им удастся выяснить, кто были убийцы и какие мотивы двигали преступниками.
Он позвонил Марио в управление.
— Есть ли новости, Марио? Узнали что-нибудь о том, кто на меня напал?
— К сожалению, ничего. Растворился в воздухе. Мы нашли машину, которая, естественно, была украдена, и не нашли ни единого отпечатка. Мне очень неприятно, комиссар, но вас-то хоть не ранили?
— Нет, Марио, не беспокойся, Я в порядке. У меня дубленая кожа и пока что — хорошая реакция. Иначе я бы с тобой сейчас не разговаривал.
— Комиссар, если вам понадобятся мои услуги после рабочего дня для личной охраны или охраны дома, пожалуйста, располагайте мной, как хотите.
— Благодарю тебя, Марио. Если возникнет такая необходимость, я вспомню о твоем предложении. Через несколько минут я подъеду в управление. До скорого!
— Я в вашем распоряжении, комиссар.
Он попытался отдохнуть, но ничего не получалось. Что такого мог обнаружить Франческо Рубироза, чтобы начать параллельное расследование как в Италии, так и во Франции? На этом деле уже висят пять убийств и одно подозрительное самоубийство, а преступлениям и конца не видно. Надо предупредить комиссара Брокара об опасности. Осторожность не повредит. Надо было сказать ему, чтобы был предельно внимателен, потому что это люди опасные, организованные и пользующиеся покровительством. Высокий, сильный раненый мужчина не может исчезнуть без следа без чьей-то помощи и поддержки. Конечно, со времени нападения прошло всего несколько часов, но комиссар чувствовал, что они не найдут никаких следов нападавшего, даже если наверху и в курсе этого дела. Но почему же тогда начальство дает ему возможность докопаться до истины, зная в то же время эту истину раньше, чем он? И что это за правда? Видимо, они знали содержание документов, но не знали, где спрятаны досье. И поэтому дали ему возможность искать. Он просто наживка. Когда он докопается до правды, его уничтожат, как и прочих.
Сегодняшнее покушение — просто глупая ошибка. Они решили, что в пакете из Парижа находятся известные документы Рубирозы. И другого приемлемого объяснения пока нет.
