Город А (так называли его местные жители, но на деле это был старый город Клецк) представлял из себя помесь современного довоенного величия Беларуси и усадьбы девятнадцатого-двадцатого веков из романа господина Гоголя или Достоевского.
В городе явно были видны кусочки научного прогресса семидесятых-восьмидесятых, но вот только густой золотарник на парниковых грядках, оборванные провода, монорельсы, использующиеся теперь для развешивания белья, третичные монорельсы в полукилометре над городом и поржавевшие электрокары, сваленные в кучу, как мусор, словно намекали, что город претерпел в свое время немало кризисов. Об этом даже говорит сам мэр, коим является, что иронично, самое настоящее животное.
Пока никто не мог сделать выводов о том, какой Рей мэр, но они точно знали, что люди его любят. Трудолюбивый народ города А, расхаживающий в более-менее надежной, хоть и изношенной одежде, при первой же возможности кланялся коту и предлагал его сопровождению баночку свежего парного молока – благо фермы еще не превратились в кладбища навоза. В конце концов Лёша не устоял и взял себе один маленький бидончик с разрешения мэра, который потом с удовольствием распил за пряниками местной выпечки.
Здесь можно было наблюдать много современных гаджетов и приборов для стимуляции организма, выброшенных на помойку или просто складируемых в подвалах и на чердаках. Вот только из-за отсутствия энергоемких пластин и атомных батарей это все не имеет особого смысла, потому что требует постоянной дозарядки, а ходить с проводами по всему телу было неудобно.
На самом деле люди не сказать чтобы были особо опрятны. Тут даже понятия «буржуазия» как такового не имелось, ведь богатство человека не оценивалось – все было общим. Для прибывших из города было большой загадкой то, как удалось коту устроить рабочий коммунизм в такой глуши.
Егор шел и диву давался от того, насколько быстро все-таки эти люди израсходовали ресурсы цивилизации. Единственное, что оставалось в достатке в этом городе – это дамианская застройка и пшено, которому тут грош цена. Так же вызывали особый интерес конфликты идеологий, которые попадались почти в каждом переулке или на перекрестках, по которым вел их мэр-кот. Егор заприметил как минимум две парочки, ссорящиеся из-за каких-то новомодных идей, которые, кажется, только и были придуманы, чтобы заниматься саморазрушением. Пару крепких фраз от полной дамы, упрекающей свою жену в «вопиющем что-то там» изрядно повеселили городских гостей, которые, хоть и не были до конца ограничены от этих бредней на родине, но все же не замечали ранее их в таком количестве.
Подходя к какому-то зданию с кривой деревянной пристройкой на крыше и кипой проводов, скрученных на соседнем столбе, группа встретила мужчину с очень густыми усами и аккуратной прической, прилизанной гелем.
– Цирюльник Юрий Заснов – к вашим услугам, – ответил мужчина и поклонился, робея под строгим взглядом мэра.
– Если честно, – шептал на ухо Егору брат, – я не понимаю, где они в его глазах видят строгость. Кот как кот.
– Просто Снов, – поправил его мэр, обращаясь к путникам. От такого уточнения лицо цирюльника исказилось и выразило злость, которую тот был обязан приглушить, как бы ему ни хотелось сейчас устроить скандал.
Снов выглядел очень опрятным мужчиной. Хоть он и был очень полный, что выдавало в нем комичного персонажа этого странного городка, однако ж посмеяться с него совсем не хотелось. Он одним своим видом внушал спокойствие и чувство, что ты меньше его, хуже. В отличие от остальных граждан, что расхаживали в поношенных рубашках, штанах сомнительного покроя и носящих облезшие куртки, этот цирюльник смотрелся намного лучше.
Юрий был одет в черный строгий сюртук, штаны с подтяжками и лакированные коричневые туфли. Лишь одно выдало в нем то, что мэру особенно не нравилось, – когда Снов повернулся, на затылке его был очень неаккуратный и растрепанный вихор волос. Мэр вздохнул.
– Юра! Ты опять спал на рабочем месте? – упрекнул его Рей.
Цирюльник весь вскипел, раскраснелся и повернулся к коту, согнувшись к нему и ткнув пальцем в розовый нос кота.
– Это частный бизнес, так что только меня касается, как я себя веду на рабочем месте, – Снов прошипел это сквозь свои густые усы и весь так покраснел, что можно было в любую секунду увидеть то, как из пор его лица польется томатная паста.
Рей абсолютно равнодушно дал ему подушечками лапы по носу и сказал:
– Если бы не я – твоего бизнеса тут и не было бы. Будь чуть терпимее к правилам, которые даже в частном бизнесе должны соблюдаться.
После этого Снов чуть успокоился и тихо извинился перед мэром. Эта сцена показала прибывшим из города, что все-таки до коммунизма им еще далеко. Все трое зашли внутрь, и только теперь Егор задался вопросом:
– Зачем ты нас привел сюда? – он обратился к мэру.
– Я думал, это очевидно… Брата твоего причесать бы да в порядок привести. Небольшой презент от мэра. Работать в городе стоит, находясь в приятном расположении духа. Я думаю, за скромную плату Снов с радостью поможет нам.
– Но мы не собираемся работать…
