Полная дама действительно оказалась певицей, однако вовсе не оперной. Как впоследствии рассказала Вивьен, Вероника покорила мексиканскую эстраду благодаря добровольному сексу с престарелым женатым главой государственного банка, которому она родила сына. На правах узаконенной любовницы она переехала в Лос-Анджелес, купила одежный бренд и завела дружбу с Хлои Кардашьян. Эта дружба прибавила ее бренду почитателей, а ее Инстаграм – десять миллионов подписчиков. К счастью для американских слушателей, она сосредоточилась на одежде и покончила с эстрадной карьерой, сославшись на слишком напряженный социальный график.
– Уважаемые гости, сегодня мы должны сделать выбор, – начал свое выступление Ставрос, – между греческим словом «xenia», означающим гостеприимство, и вошедшим в последнее время в наш лексикон словом «xenophobia». Сегодняшним благотворительным ужином мы подтверждаем – мы выбираем «xenia» – добро пожаловать! Я вас приветствую и заранее благодарю за пожертвования во благо страдающего сирийского народа.
Как только Ставрос закончил свою речь, на импровизированной сцене возникла фигура Антуана Де Валона, ведущего аукциониста Сотбис. Он отпустил пару шуток по поводу греческой щедрости и сказал, что понимает, почему Ставрос так рьяно взялся за эту проблему ксенофобии. Ведь он не понаслышке знает о кровоточащей ране современной Европы. Беженцы заполонили земли его родной Греции, а именно остров Лесбос, служивший перевалочным пунктом на пути в Европу. И теперь их грязные тенты, занявшие собой всю береговую линию, мешают ему наслаждаться пейзажем во время лодочных прогулок. Таш посмотрела вокруг. Джулия и ее друзья покатывались со смеху. Антуан насладился аплодисментами по поводу своего остроумия и тут же объявил о начале торгов, все сборы от которых будут направлены сирийским беженцам.
– Зачем мы им помогаем? Им что, в Сирии плохо живется? – недоумевала мексиканская звезда, после того как ее муж купил лот – открытку, подписанную Мадонной, за пятьдесят тысяч франков. Ему не терпелось застолбить себе место в рядах европейской элиты.
– Дорогая, там никак не закончится война. Конечно же, в Сирии им не сладко.
– Помоги лучше мне. Или Оливеру. Нам надо купить Оливеру новую шубу. Правда, Оливер? – Она потрепала Оливера за волосы так, как добродушные хозяева – морды своих псов.
Оливер покраснел.
– Оливер, сейчас же отвечай! – капризным голосом произнесла мексиканка. – Оливер заботится о моем стиле, а мы заботимся о нем. Правда, Оливер? – она не сводила с него глаз, словно боялась, что он опровергнет ее слова.
– Конечно, Вероника! – смущённо ответил Оливер.
Антуан Де Валон вновь взял микрофон в руки.
– А теперь разыгрывается лот, который нам любезно предоставил мистер, – он сделал короткую паузу, – Хью Янг, к сожалению, не почтивший нас сегодня присутствием.
Каролина вздрогнула. По тому, как напрягся ее бицепс, Таш поняла, как сильно она сжала под столом руку Марка.
– Это вечерняя прогулка на его восьмидесятиметровой яхте в компании его замечательной супруги Каролины. – Глядя Каролине в глаза, Антуан расплылся в фальшивой улыбке. – От своего имени мы хотим поблагодарить Каролину за высокую честь – составить компанию любому заплатившему в пользу страдающих беженцев. Какой щедрый жест со стороны четы Янгов! Хью, скупавший лучшие творения современных художников, был любимцем всех аукционных домов.
Антуан продолжил:
– Мистер Янг также согласился оплатить все транспортные расходы покупателя лота из любой точки мира до Монако. Начальная цена – десять тысяч франков.
Все взгляды устремились на Каролину.
– Кто такой этот Хью Янг и какого черта все пялятся на меня? – спросила ничего не понимающая Вероника.
– А я его встречал, – послышался робкий голос Оливера.
Все это время Таш наблюдала за поведением Каролины. На мгновение, когда Антуан Де Валон произнес имя Хью, на ее лице мелькнула ярость, которая тут же сменилась привычным спокойствием. Однако тихое признание Оливера вызвало у нее недоумение.
Марк поднял руку и выкрикнул:
– Двадцать тысяч!
– Двадцать пять, – отозвался голос в другом конце зала.
Таш обернулась. Голос принадлежал темноволосому красавцу с надменным взглядом.
– Тридцать, – не уступал Марк.
– Откуда ты знаешь Хью? – тихо спросила Оливера Каролина.
Оливер замешкался, оценивая, стоит ли ему откровенничать с этой красивой незнакомкой. После недолгой внутренней борьбы желание быть причастным к жизни сильных мира сего все-таки перевесило.
– Он устраивал такие классные вечеринки в Лос-Анджелесе! – закатывая глаза, прошептал Оливер. – Вы не поверите, но именно на одной из них я встретил своего Хосе.