Оливер вдруг почувствовал необыкновенную важность. Молодая и богатая особа, похоже, интересовалась им. Она, пожалуй, немного завидовала его знакомству с такими людьми, как Хью Янг. И он выложил ей все. Пару лет назад Хью любил устраивать вечеринки в своем Калифорнийском доме. Начинающие актеры и актрисы всевозможных ориентаций приходили на них в надежде привлечь внимание какого-нибудь известного продюсера. Алкоголь лился рекой, любые наркотики можно было просто попросить у официанта, их развлекали лучшие ди-джеи, и свободные комнаты были в полном их распоряжении. Хью и его друзья-продюсеры любили заглядывать в спальни, где юные пары, одурманенные наркотиками, занимались любовью. Порой они просто наблюдали, а порой и присоединялись к ним. Не раз Оливер видел, что Хью находил себе пару и уединялся с ним или с ней на всю ночь. Хосе, бой-френду Оливера, посчастливилось быть избранным, и в обмен на молчание он получил от Хью кругленькую сумму. Она пришлась весьма кстати и пошла на оплату очередных актерских курсов. Слава Богу, что Хосе поумнел и поставил крест на актерской карьере. Нашел работу продавцом на Родео драйв и подумывает вернуться в университет.
Каролина затаила дыхание.
– И сколько Хосе лет?
– Девятнадцать, – похвастался Оливер своим протеже.
Каролина взяла телефон и набрала в Гугле: “возраст согласия в Калифорнии”. Гугл не замедлил с ответом – восемнадцать. У нее перехватило дыхание. Краем уха она услышала, как Марк заплатил за прогулку с ней семьдесят пять тысяч франков, но теперь это не имело значения. Она получит свою долю. Нет, она оберет Хью как липку. Он должен быть наказан. Каролина торжествовала: ведь два года назад Хосе было семнадцать.
– Оливер, я чувствую, что у Хосе появился реальный шанс стать актером.
К немалому удивлению Таш, на следующий день раздался телефонный звонок и Грегори, единственный проявивший вчера должное уважение, пригласил ее на ужин. Не промотай его отец состояния, добытого несколькими поколениями предков, он стал бы типичным продуктом французской аристократии с присущей ей завышенной самооценкой, чувством превосходства над простыми смертными и абсолютной безнаказанностью. Однако судьба распорядилась иначе, и Грегори пришлось в корне изменить отношение к жизни, узнать о таких качествах, как доброта и отзывчивость, устроиться на работу и принять существование других, более бедных людей.
Таш вошла в фойе гостиницы «Палас». Елка, украшенная разноцветными игрушками, гирлянды, обрамляющие портики на стенах, дамы в вечерних платьях, мужчины в галстуках – все говорило о приближении Нового года. Грегори не было видно, и она присела за столик к знакомому бразильянцу.
– Какие планы на Новый год?
Задавая вопрос Таш, Жулио, сверкнул черными, как смоль глазами, в сторону проходившей мимо блондинки. Таш улыбалась – ее планы на Новый год были последним, что его сейчас интересовало. Он принадлежал к тому типу мужчин, для кого девушка, с которой ничего не выйдет, – мертвая девушка.
– Секундочку. Я сейчас подойду… – Жулио как подбросило, и он взял курс на блондинку, направлявшуюся в курительную комнату.
Таш развернулась к соседу. Это был тот самый парень, что перебивал ставки Марка на вчерашнем аукционе. Он вальяжно расположился на кресле, скрестив вытянутые ноги. Она присмотрелась внимательней. Ему нет тридцати, латиноамериканец, высокий, красивый и страшно уверенный в себе.
– Кажется, раньше мы не встречались. Предлагаю игру. Надо угадать как можно больше друг про друга.
– У тебя ровно пять минут до моего ужина, – улыбнулась Таш.
Его взгляд скользнул по ее лицу, задержавшись чуть дольше обычного на губах, и затем оценивающе просканировал ее вплоть до пяток. После минутного молчания он произнес:
– Ты итальянка. Тебе двадцать шесть. Ты работаешь в сфере моды.
– Интересно. Но обоснуй версию, – Таш попыталась сказать эту фразу с сильным итальянским акцентом.
– Шатенка, красивая, не латиноамериканка, если судить по акценту, а то я мог бы предположить, что ты бразильянка. Стильная – скорее всего, итальянка. Молодая, но есть зрелость во взгляде. Фэшн – видно, что наряд продуман до мелочей, хотя и сквозит небрежность. Ты уделяешь время созданию образа. А это могут либо девушки, работающие в сфере моде, либо бездельницы. Но ты не бездельница!
Таш была приятно поражена. Не зря она так долго продумывала свой наряд. Черные кожаные леггинсы с высокими сапогами на плоской подошве «Ральф Лорен», белая майка и пиджак «Бальман» сделали свое дело. Ее мысли были прерваны кряхтением телефона. Грегори ждал ее возле входа.
– Оставим это загадкой до следующей встречи. Бегу! – и Таш направилась к выходу.
Швейцар открыл дверцу, и она забралась на переднее сиденье черного «порше кайен». Грегори поцеловал ее в щеку и нажал на газ.
– Прекрасно выглядишь. Мне очень нравится твой стиль.