Анна, потягивая апельсиновый сок, просматривала слайды со съемки. Досмотрев, произнесла:
– Вот посмотришь, после того, как выйдет обложка, начнут присылать самолеты.
Ровно в восемь консьерж сообщил, что машина сеньора Висконти ждет их внизу. Мисс Романов в желтом платье и норковой жилетке и миссис Стоу в коричневых леггинсах и свитере спустились по лестнице отеля, и он лично проводил гостей сеньора Висконти к машине.
Шале находилось всего в нескольких минутах езды. Массивная входная дверь и деревянные окна были украшены сосновыми ветками со вплетенными в них разноцветными лампочками. Дверь отворила девушка в национальном итальянском костюме.
Пройдя через просторный холл со сводчатым потолком, они очутились в уютной гостиной с открытым каменным камином посередине. Стены были украшены деревянными панелями и старинными витражами, каменный пол покрывали персидские ковры.
– Наташа… – Альберто пробрался сквозь группу гостей, – добро пожаловать!
– А вы – Анна, моя соседка по Сардинии. Где ваш замечательный муж Ник? – Альберто лукаво посмотрел на нее.
– Он остался в Лондоне. Много дел, – быстро ответила Анна. – Какой красивый дом, – попыталась она перевести тему разговора.
Красные узкие брюки с национальной швейцарской жилеткой поверх рубашки выдавали в Альберто местного старожила.
Он подозвал официанта.
– Как прошли съемки? Я слышал, прекрасно?
Пока Альберто заказывал напитки, Таш недоумевала, откуда он так осведомлен по поводу съемок.
– Мои друзья сказали, что видели шикарную девушку с командой Дойче Банка. По описанию я понял, что это вы, – Альберто улыбался.
– Слухи о тебе гуляют по всему Санкт–Морицу, – прошептала Анна на ухо Таш. – Местная звезда!
Таш осмотрела комнату. Средний возраст присутствующих – пятьдесят. Она узнала многих – из публикаций в прессе: греческие магнаты, в нескольких поколениях застолбившие свое присутствие в городе, американские бизнесмены, скрывавшиеся от правосудия в Европе, итальянские аристократы, немецкие промышленники и швейцарские банкиры. Всех их объединяла любовь к высоким горам и низким налогам.
– Прошу всех к столу! – Альберто проследовал в обеденный зал. Пока приглашенные искали свои имена на карточках, возникло небольшое замешательство.
Таш сразу нашла свое имя. Согласно карточкам, слева от нее сидел мистер Грулер–Ройф, справа – мистер Спенсер. Интересно, кем они окажутся. Анне досталось место между Кристьяном и Беном. «Хорошо, что меня не посадили к Бену», – подумала Таш.
Она озиралась по сторонам, пытаясь отгадать, кем будут ее соседи.
– Вы, должно быть, Наташа? – раздался приятный баритон у нее за спиной. Чисто английский акцент, принадлежащий представителю высшего класса, которым мог быть не кто иной, как мистер Спенсер. – Очень приятно, Александр.
Высокий голубоглазый мужчина сел на стул рядом.
– Мне невероятно повезло оказаться рядом с вами за столом. Я никак не ожидал, что моей собеседницей будет такая красивая девушка. Где вы остановились?
От смущения ее лицо залилось розовым румянцем. Таш не могла скрыть удовольствия от столь приятного соседства.
– Мне тоже крайне приятно. Мы остановились в гостинице «Кульм». А вы? – Она мило улыбнулась.
– У вас к тому же прекрасный вкус. «Кульм» – моя любимая гостиница. Вам положить карпаччо или брезаолу? – Александр держал в руках блюдо с мясными закусками.
Таш посмотрела налево. Стул слева до сих пор пустовал, вероятно, мистер Грулер-Ройф так и не доехал до ужина. Мистер Спенсер положил Таш закуски.
– Я живу в этом шале. Альберто и его семья были так добры приютить нас под своей крышей.
– Как это мило! Вы счастливчики! Такое прекрасное шале, и такие гостеприимные хозяева.
Она не кривила душой. Шале и впрямь было роскошным. Просторное, но уютное. Таш на минуту показалось, что она в сосновом бору, где накрыт званый ужин. Темная древесина создавала иллюзию единения с природой. Все продумано до мелочей, каждая деталь. В отделке чувствовалась рука итальянского дизайнера. Все-таки итальянцы и стиль почти тождественны. Сколько известных дизайнеров, будь то промышленный дизайн, дизайн интерьеров или одежды, породила Италия. Судя по размаху ужина, гостеприимство хозяев тоже было итальянским.
– Да, мы с женой очень это ценим. Вот сидит моя жена, – мистер Спенсер показал на плотную блондинку в бежевом пиджаке, а вот мой сын Бен. – Таш чуть не поперхнулась. Мистер Спенсер указывал ей на Бена.
– Бен – ваш сын?!! – Она не смогла скрыть изумления.
– Да, а вы его знаете?
Она не знала, что и ответить.
– Очень поверхностно, из Москвы.
– Ну да, это все объясняет, наш Бен работал там какое-то время. Он такой славный мальчик. Мы всегда знали, что из нашего сына получится что-то ладное, что он нас не подведет. Ведь он наш единственный сын.
В его голосе звучала гордость за Бена. Очевидно, под «ладным» мистер Спенсер понимал способность сына с помощью женитьбы принести в семью деньги, которые мистер Спенсер и плотная блондинка в бежевом пиджаке промотали в погоне за счастьем. Ничего другого «ладного» в Бене Таш припомнить не могла.