– Сейчас я даже не знаю, где они решат жить, когда поженятся. Его невеста живет между Санкт-Мориц и Миланом. Вы знакомы с Фло?
Ее забавляла комичность ситуации, в которой она оказалась. Всего два дня назад Бен признавался ей в любви, а сегодня она с его отцом обсуждает его планы на жизнь после женитьбы.
– Да, мы знакомы.
– Мы ее очень любим. Ее и всю ее семью. Нам так повезло с родственниками!
Она потихоньку начала понимать слова Бена о том, что их семьи уверены, что они поженятся.
– Да, они замечательные. Лучше и не найдешь.
– Вы позволите..! – слова сопровождались грохотом отодвигаемого стула. Таш обернулась. Перед ней стоял ее знакомый из хаммама. – Прошу любить и жаловать!
В одежде он выглядел гораздо импозантнее, чем без нее. В красном клубном пиджаке, с выглядывающим из кармана синим шелковым платком в цвет брюк, он напоминал ей клоуна из цирка. Новый гость слегка покачивался, переминаясь с ноги на ногу. Вероятно, перед ужином он пропустил бокал–другой.
– Боже мой, кого я вижу!? Моя таинственная незнакомка! – Он обращался к Таш. – Судьба нас сводит второй раз за день, это неспроста! – Он подошел к ней сзади и принялся массировать ее плечи. Таш наклонилась к столу и развернулась к мистеру Спенсеру.
– И какой красивый дом! Я представляю, какое счастье гостить в таком прекрасном доме! – Таш сказала это достаточно громко, чтобы Альберто и его жена услышали ее похвалу.
– Да, пожалуй, это одни из самых замечательных каникул, которые у меня были. – Александр поднял бокал. – За гостеприимных хозяев, благодаря которым мы собрались за этим столом!
Гости подняли бокалы за хозяев. Не успела Таш глотнуть вина, как сосед слева схватил ее за локоть.
– Все-таки интересные у нас получаются встречи, сначала в спа, а теперь здесь. Не ожидал тебя тут увидеть… – Он придвинул свой стул к ней поближе. – У тебя такая красивая фигура, я готов на тебе жениться. И готов заплатить сколько хочешь, чтобы увидеть, что находится под теми маленькими розовыми трусиками, в которых ты была сегодня в сауне, – нашептывал он ей на ухо, перемешивая слова со вздохами, напитанными перегаром.
Терпеть это становилось невыносимо. Таш схватила телефон и со словами «Извините, у меня срочный звонок» выбежала из-за стола. Со скоростью ракеты она пронеслась к выходу и, лишь добежав до гостиной, перевела дух. Она присела на пустой диван. Как ей правильно выкрутиться из сложившейся ситуации, чтобы не поставить хозяев в неудобное положение?
Вскоре раздался звук приближающихся шагов.
– Наташа, – Альберто опустился рядом с ней на диван, – не обращай внимания на Лютца, – так, очевидно, звали мужчину из хаммама, – у него съехала крыша, после того как его бросила жена ради молодого тренера. Он мой старый друг и хороший человек, но я полностью разделяю твои чувства – его поведение неприемлемо. Пойдем обратно, хочешь, я тебя пересажу? Или давай посидим тут, посплетничаем? – В голосе Альберто слышалась теплая озабоченность. – Расскажи мне о себе, мне интересно узнать о твоей жизни.
И она рассказала ему все. Об отце, о компании, о приложении, о Лулу и ее борьбе с раком.
– Ты знаешь, ты хорошая девочка. Пришли мне документы по твоей компании. Я всегда открыт для новых инвестиций, тем более в таких талантливых людей, как ты. Я знаю Зака Коэна. Он не стал бы инвестировать в плохие проекты. А теперь пошли обратно, нас слишком долго нет, это может вызвать всякие домыслы.
– Я, пожалуй, пойду. Завтра опять рано вставать, спасибо вам огромное за гостеприимство и за поддержку.
– Давай перед уходом по «Мейдофф шот»? – Альберто повел ее к бару. – Сделай нам пару «Мейдоффов».
Таш смотрела на него с удивлением.
– Ты не пила «Мейдофф шот»? – засмеялся Альберто. – Стоит попробовать! Наш фирменный коктейль. Помнишь Берни Мейдоффа?
– Это который построил финансовую пирамиду, а потом всех кинул? – Да-да, она припоминала! Его имя гремело в новостях, когда оказалось, что он десятилетиями выплачивал проценты предыдущим вкладчикам из денег вновь привлеченных.
– Он самый. Так вот, большинство тех, чьи деньги он потерял, сейчас от нас на расстоянии каких-нибудь двух километров. Все они мои близкие друзья. Зато после истории с Берни я, как никто другой, стал чувствителен к фальши. А в тебе ее нет!
Перед уходом она попрощалась с мистером Спенсером:
– Приятно было познакомиться. Надеюсь, мы с вами еще увидимся.
Мистер Спенсер расцеловал ее в обе щеки:
– И я на это очень надеюсь, дитя.
Январское затишье после бурного Рождества сменилось февральской суетой с ее пронизывающими арктическими ветрами. В субботнем Ноттинг Хилле кипела жизнь. Прохожие вновь спешили по важным делам, машины нетерпеливо сигналили на светофоре неспешным водителям, а голуби дрались за ломтики хлеба, оставленные посетителями кафе. Ротор был запущен, и никакой холод не мог остановить работу зубчатых колесиков механизма, заведенного на прогресс цивилизации. После зимней спячки он раскручивался с новыми силами.