Опели, факелоносцы, солдаты и горожане в ужасе смотрели, как тело короля Харроу вместе с носилками в считаные минуты превращается в пепел – и вот уже остались только тёмные клубы дыма, поднимающиеся в утреннее небо.
Вирен одобрительно кивнул своей дочери. Она отлично справилась. А потом он шагнул к дымящемуся алтарю, на котором ещё догорали остатки костра, окружая его голову огненной короной.
– Когда умирает правитель Католиса, традиция велит скорбеть семь дней. Сегодня мы должны скорбеть семикратно, ибо завтра настанет время иной церемонии – коронации.
Каллум проснулся на своём жёстком лесном ложе, чувствуя, что на лбу выступил холодный пот, а сердце колотится как сумасшедшее. Значит, всё это был не сон – он и правда сбежал из дома в компании лунного эльфа! И не какого попало эльфа, а убийцы, которая пробралась в замок, чтобы убить его маленького брата. Чем он вообще думал, когда на это решился?
Сквозь приоткрытые веки он разглядел Рейлу. Она сидела там же, на камне, где и вчера перед сном, и занималась заточкой клинков. Она что, вообще не спала? Может, эльфам это не нужно? Сколько она уже вот так сидит, остря свои смертоносные лезвия? Они и так выглядели достаточно острыми, чтобы разрубить подброшенную в воздух нить.
Эзрана с этого ракурса Каллум не видел, но слышал его глубокое размеренное дыхание. Если эльфийка куда-нибудь отойдёт – или её отвлечёт что-нибудь – есть шанс подхватить Эзрана и сбежать. Убежать домой. В безопасное место.
И тут взгляд Каллума привлёк радужный искристый свет – это сияло драконье яйцо, слегка видневшееся из рюкзачка Эзрана.
Каллум тяжело вздохнул. Нет, в замок возвращаться нельзя. Только не с яйцом. Если есть хоть малейший шанс, что эльфийка поможет им вернуть его драконьей королеве, значит, придётся найти способ с ней сосуществовать какое-то время.
– Вы, люди, всегда спите так много? Или это принцы особенно ленивы? – спросила тем временем эльфийка, заметив, что он проснулся, и прерывая ход его мыслей.
– Э-э, я не знаю, – пробормотал Каллум, садясь. В животе – на том месте, где вчера должен был быть ужин, а сегодня утром – завтрак, угнездилась тупая боль. Он подтянул колени к груди, боясь, что живот сейчас забурчит от голода и вызовет у эльфийки новую насмешку. Нельзя показывать ей слабости.
И, разумеется… БРРРРГРРРР, громко сказал его пустой желудок.
Каллум закатил глаза, желая надеяться, что она не расслышала.
– Твой живот пытается имитировать манеру речи вашего угрюмого дружка-жабы? – насмешливо спросила Рейла.
Чавк обиженно уставился на неё и тоже что-то пробурчал.
– Я просто давно не ел, – как можно спокойнее объяснил Каллум.
– Да, я бы тоже не отказалась перекусить, иначе ослабнем в дороге, – согласилась Рейла. – Может, мне сходить найти нам что-нибудь поесть?
– Это было бы очень мило, – сказал Каллум. – Тебе помочь?
Он хотел было подняться на ноги, но Рейла махнула рукой.
– Лучшая помощь, которую ты можешь оказать, – это не путаться под ногами, – сообщила она с обычной своей любезностью. – А кроме того, я слышала, что маги стараются держаться подальше от опасных занятий… Таких, как поиски фруктов и ягод. Скоро вернусь! – она вскочила и мгновенно скрылась из вида.
Каллум пожал плечами. А всё-таки приятно, когда тебя называют магом, пусть даже для того, чтобы подразнить. Кроме того, он был рад какое-то время побыть один, без неё – ему было чем заняться. Вытащив из рюкзака свой драгоценный альбом, он начал рисовать, позволяя карандашу водить его рукой и мыслью. Он давно заметил, что когда сердце гложет слишком много тревог, рисование помогает упорядочить мысли и успокоиться. Рука Каллума бегала по странице словно бы самостоятельно, он даже толком не думал, что именно он рисует. Где-то через четверть часа принца оторвал от этого занятия голос Рейлы:
– Вот и я.
Каллум оторвал взгляд от страницы. Он так увлёкся рисованием, что не заметил, как эльфийка подошла совсем близко и нависает над ним. Каллум мысленно обругал себя за рассеянность – что за туман в голове? Он решил впредь быть внимательнее: в конце концов, от бдительности теперь могла зависеть их жизнь. Взглянув на собственный рисунок, он изумлённо вскинул брови: ничего себе, оказывается, он рисовал эту самую эльфийку. Мальчик поспешно перевернул страницу.
– Ну как, нашла что-нибудь? – спросил он.
Рейла высыпала на камень пару горстей каких-то ягод и мелких плодов.
– Не буду лгать, Каллум, что у нас в Зедии с фруктами и ягодами куда лучше, – сообщила она. – Но какую-то мелочь собрать удалось, хотя выбор и невелик. – Она наклонилась над своей добычей и подняла крупную кроваво-красную ягоду. – Однако я рада, что даже в этой части мира можно встретить лунные ягоды.
– Лунные ягоды? – Каллум скептически взглянул на небольшую россыпь. – Знаешь, я могу ошибаться, но они очень похожи на то, что мы зовём смертеникой, и они ядовитые. Известны малоприятным эффектом мгновенной смерти.
