А Крэй говорил и говорил… он рассказал об Инайи, о первых людях, про тварей, про войну. Припомнил отцу все легенды и мифы. Рассказал про Богов и самого Дракона Мирозданья и о его сыновьях. Он поведал о ледяном драконе, как тот скрылся среди лунного народа и основал свой Храм и, как пробудился. Крэй рассказал за что боролся Лунный Жрец и озвучил причину почему начал войну, рассказал об Авире Дэл-Лане и его деяниях. Рассказал, как он с Ариной уничтожил тварей, не умолчал о корабле. Рассказал, что именно благодаря дивным существам Ита'неси хранителям мира, он узнал правду. Крэй старался везде в своем рассказе подчеркнуть значимость лунных в их мире и о их участии в борьбе с тварями, о их взглядах на саму жизнь и их стремлении в независимости. Он поведал отцу, что Арина попала в туман и получила от Богов — Душу Дракона, как в их легендах, он рассказал, что она истинная пара ледяному дракону, потомку Первородного и Истинного, их собрата. Он обратил внимание отца, что союз с лунными им необходим по разным причинам, которые тут же озвучил с точки зрения главнокомандующего. Он делал акценты на религию, зная, что отец почитал Богов. Единственно, что не затрагивал, так это тему Гарркаа'нака'аши и что один остался в живых, он не рассказал про другой мир и истинную правду об Арине. Для всех и отца, девушка рождена в этом мире и открыла в себе дар жреца и уникального мага только тогда, когда поступила в академию. Цель Крэйя — это отмена полукровок и признание лунных, поэтому он в основном подробно рассказывал об Авире Дэл-Лане и о его бесчестном правлении как жреца, и что именно за этим повлекло. А это сократилась их раса, из-за этого они теперь практически не встречают истинных и народ обманут и предан, а те, кто считался полукровками изгнаны или убиты. Крэй разбивал в пух и прах всё то, что знал и во что верил его отец. Но пока про Мирьям он не говорил, Крэй постепенно подводил отца к самому важному и очень для себя волнительному. Как отец воспримет, тот факт, что Мирьям его дочь?! Крэй следил за каждой эмоцией отца, за его невольными движениями, за часто хмурыми бровями, но с радостью в душе отмечал, что чаще глаза отца светились неподдельным интересом и восторгом.
Когда Крэй закончил свой рассказ, время подходило к позднему ужину. Они даже не заметили, как пролетело время. Еще довольно долго император молча сидел в кресле, задумчиво глядя в окно. Теперь он знал достаточно, чтобы многое понять. Теперь он мог ощутить прикосновение прошлого и насладиться этим, ведь далеко не каждому дано познать историю, старательно скрытую во тьме ушедших веков.
— Не существует полукровок, — спокойно закончил Крэй. — Так было изначально. Так истинно. Мы все Первородные отец. Дракон и Человек — Едины!
— Это невозможно! — прошептал император, глядя на сына и его руки дрожали, а глаза горели синим огнем. — Трудно это принять, но все же я помню, как пришел Авир и как круто изменились времена при его регентстве. Я много задавал вопросов, но… — император поднялся и подошел к окну заложив руки за спину, Крэй смотрел на его неестественно прямую спину и молчал. Император был задумчив и молчалив, и то и дело взгляд его замирал, направленный куда-то вдаль.
— Я не стану спорить с тобой, отец, — сказал Крэй, — я еще молод, а ты прожил много лет и у тебя огромный опыт. Я соглашусь с твоим решением. Но… я не отступлю от истины.
И Тарган Эр-Тэгин АрХар обернувшись посмотрел в глаза своему сыну и полководцу, и увидел в них твердость и непоколебимость. В этот момент старый, мудрый дракон снова убедился в том, что его преданный сын всегда будет сражаться до конца. Крэй не боялся надвигающейся опасности. Впрочем, он всегда был таким. Тарган не мог припомнить, пожалуй, ни одного случая, когда Крэй растерялся бы в трудной или опасной ситуации. А таких было немало. Его сын верил в мудрость отца и силу империи, а значит, не было на земле такой силы, которая могла бы поколебать его решимость. Это всегда ободряло Таргана. Он хорошо воспитал сына.
— Значит, вопрос стоит по-другому, — тихо сказал император, — какую дорогу ты выбираешь: длинную или короткую, легкую или сложную.
— Другими словами, это неизбежно отец, — произнес Крэй.
— Так и есть. Свобода подразумевает выбор. Поиск истины всегда труден. Он требует усилий, жертв, ошибок и заблуждений. Среди тысяч неправильных ответов найдется однажды верный, но только ошибки приблизят к истине. Не будь их, как бы ты понял, что это истина?
— Все верно, — согласился Крэй. — И я буду бороться за Истину отец.
