Я продолжала стоять возле его постели, не очень понимая его реакцию. Полузверь открыл рот, и я поняла, что хочет произнести единственное слово, которое умеет говорить, но сжав одну руку в кулак, он промолчал. Мои губы сами собой расползлись в горькой усмешке. Я же запретила ему… Обидела его, сказала, что никогда не приду, решила, что он больше не увидит меня слабой. И что? Где я сейчас? Приползла к нему, как только прижало… В этот момент я почти презирала себя. Ощущала себя слабой и никчёмной.
Вдруг Нир снова приблизился и потянул меня за запястья вниз, вынуждая присесть на его постель. Я молчала и не стала смотреть на него, не желая видеть в его глазах ту снисходительную жалость, которую он наверняка сейчас испытывает. Это единственное объясняло тот факт, что он не стал меня трогать и до сих пор держится на расстоянии.
Сам он так и остался стоять. Такой огромный, нависающий надо мной… Одного движения достаточно, чтобы раскрошить мою черепную коробку… И я сижу почти у его ног, как хотел мой истинный. Что ж. Видимо, со мной что-то не так, раз я притягиваю и нахожу успокоение в объятиях именно таких мужчин: которые считают себя выше, сильнее, умнее, а меня глупой и ни на что не способной.
Будто поняв, о чём я думаю и пытаясь развеять мои идиотские идеи, полузверь сел на пол рядом. И легонько надавил на мою голову ладонью, заставляя лечь на подушку. Я повиновалась. Но он опять не шелохнулся, будто не собирался ложиться рядом. Так и остался на полу.
– А ты? Не будешь спать?
Признаться, мне всё же хотелось, чтобы он снова меня гладил… Вдруг в этом и есть магия, почему рядом с ним исчезают мои кошмары? Но я не стала бы просить – это раз. А два – боялась, что это спровоцирует в нём желание. Я не хотела секса. С ним по понятным причинам. А вообще – от того, что не могла думать ни о чём, кроме того, чтобы хотя бы немного отдохнуть.
Нир коснулся подушечками пальцев моей щеки и погладил, его когти лишь легонько щекотали кожу, но не причиняли вреда и боли. Я старалась не смотреть на него, но была напряжена и ждала чего-то, что сама себе придумала о нём. Тут же его ладонь опустилась на мои веки, вынуждая их закрыть. Я прислушалась, но в нём ничего не выдавало каких-то иных намерений, кроме как сидеть на полу рядом с кроватью, на которой, он думал, я буду спать.
Я бы поняла, если бы он лёг рядом. Даже если бы не стал показывать своё превосходство из-за моего прихода, но начал бы касаться меня, как делал до этого – поняла бы. Но вот этого не понимала.
Сейчас он вёл себя так, будто боялся меня напугать. И был рад уже тому, что я здесь. Нир глубоко и спокойно дышал, продолжая держать свою ладонь на моих глазах и не пытался получить что-то ещё. Это успокаивало. И я уговорила себя, что мне нужно попробовать уснуть, а подумать об этом всём потом, и провалилась в густую темноту без эмоций и сновидений.
Казалось, что очнулась уже через мгновение. Словно вынырнула. И резко распахнула веки, пытаясь сообразить, где я. Не очень мягкая постель, решётка на двери, Нир, сидящий на полу… Дьявол! Я всё же пришла к нему!
Приподнялась на постели и села, оглядывая себя. Было сложно поверить, что он просто сидел рядом всю ночь. Зачем? Почему он обо мне так настойчиво и упрямо заботится? Будто я для него значу очень многое. И почему он жалеет меня даже тогда, когда я сама себя не жалею?
Ощутив внутри непривычный прилив бодрости, легко поднялась на ноги и направилась к выходу. Не хватало ещё, чтобы меня застукали с ним в камере утром. Меня мало волновало чужое мнение, но не хотелось так уж открыто ещё кому-то демонстрировать свою уязвимость.
Он же продолжал молчать и не двигаться. Даже не встал. И тогда я обернулась.
В его пронзительном взгляде даже не было заметно досады или обиды. Будто всё нормально. Всё хорошо. В том, что я оскорбила его, попыталась унизить, показывая, что он даже говорить не может, отправила обратно в камеру, а потом пришла к нему за помощью, не надеясь на благородство, но именно его и получила. Странно, что Нир не считал, что я должна извиняться или давать ему что-то взамен. До него мне не приходилось встречать чего-то подобного.
Казалось, что он не спал всю ночь, но кроме лёгкой усталости и полнейшего спокойствия и умиротворения на его лице не было написано ничего. Он даже не выглядел сонным.
– Спасибо, – шепнула ему, не зная, что сказать ещё в этой странной ситуации.
Нир в ответ просто кивнул. И я быстро сбежала к себе. Именно сбежала. Намереваясь там, в одиночестве, на свежую голову подумать, как теперь действовать дальше.
Только после целой ночи совершенно спокойного сна чувствовала себя настолько бодро и хорошо, что даже неприятные мысли не портили настроения. Я привела себя в порядок, быстро разобралась с неотложными делами с самого утра, закончила наконец тот самый препарат, который должен улучшить регенерацию и общее физическое состояние оборотней– теперь осталось только выбрать того, на ком буду его испытывать. А ещё поговорила с Эрданом и попросила найти мне номер истинного.
