А тот тоже мигом обернулся в человека, сделав шаг вперёд и не отрывая взгляда от моей груди, периодически соскальзывая вниз. Тут-то я и остыла немного, окончательно побеждая бурю своих эмоций и поняла, что едва не натворила. Я под защитой ирбисов, стоило мне или Ниру убить его, и войны было не миновать. Нас ждал бы новый виток вражды. А ведь можно же отомстить ему иначе…
– Нир, садись в машину, мы уезжаем отсюда, – попросила мягко, чтобы не стал упрямиться и обернулась к волку. – Скажи спасибо, что волчице больно тебя терять, иначе он бы не остановился.
Первым обрёл способность соображать Нир, и конечно же, воспротивился:
– Он пришёл за тобой! – зарычал, снова оборачиваясь к волку.
Я быстро приобняла его, нырнув под прокушенной рукой и прижимаясь к нему грудью.
– Тшшш. Я только твоя, – шепнула, успокаивая, а на лице волка мелькнула нехорошая тень.
– Вообще-то на тебе и моя метка, а ещё…
– А ещё, – перебила, пока Нир снова не ввязался меня защищать. – Если я увижу тебя рядом со мной, моим братом или с моим истинным, – на последнем слове волк нахмурился и тяжело задышал, но мне только то и было нужно от него, – то знаю способ разорвать связь. Рассказать, что с ней будет?
Он явно напрягся. Так я и думала. Его зверь не позволит причинить вреда волчице также, как она не позволила – ему. Как человек он ей тоже не слишком приятен, но к волку она привязана.
– Она будет долго и мучительно умирать, – продолжила, глядя в его тёмные глаза. – И я сделаю всё, чтобы ты и твой зверь это прочувствовали.
Его глаза расширились.
– Ты убьёшь часть себя? Даже ты на это не пойдёшь!
– Если ты не понимаешь иначе, то пойду, – повторила уверенно.
– Эрррррин! Не смей угрожать мне…
– А иначе что?
Он выдохнул:
– Я пришёл предложить тебе свою защиту.
Я рассмеялась:
– От своего же брата и альфы, который держит тебя на коротком поводке? Нет уж увольте.
– Да послушай же, я…
– Ты не понял, Рина сказала тебе отвалить! – прорычал Нир.
– Кто? – тот искренне не понял, о ком идёт речь.
– ОНА – моя пара.
Волк снова перевёл взгляд на меня:
– Дай мне сказать.
– Мне плевать, что ты скажешь. У меня есть истинный и его метка. Волчица – лишь ошибка. И я легко могу её исправить. Она не связана с самкой ирбиса. Поэтому, разорвать связь проще простого. Уничтожив её, я сама останусь жива. И если для твоего зверя она хоть что значит, исчезни.
– Но…
– Без но. Увижу тебя ещё хоть однажды – без предупреждений больше, сделаю что сказала. Буду страдать сама, да, ведь непросто терять зверя. Но и тебя заставлю. И альфе передай. В следующий раз я лучше сдохну и потяну за собой брата, чем поддамся шантажу. И будь уверен, что так и будет.
Затолкав Нира в машину, быстро скользнула за руль и рванула с места, будто за нами волки гонятся. Хотя уже никто точно не гнался. Кажется, он проникся моим шантажом – просто стоял голым посреди дороги и смотрел, как мы уезжаем. Мне чудилась в его взгляде мука. И от этого ощущение мстительного удовлетворения разливалось по венам. Пусть хоть захлебнётся своими страхами и этой болью.
– Прости, – вдруг выдохнул Нир, отвлекая меня от злых мыслей.
– За что? – я смотрела на дорогу, поэтому не смогла понять, за что извиняется.
Хотя обычно на его лице многое можно увидеть. Он не был открытой книгой, но и не старался хитрить, врать, изворачиваться. Только вот его чувства часто такие противоречивые, что порой сложно разобрать их причину. Сейчас я тоже не сразу поняла, когда он успел передо мной провиниться. Не тем же, что чуть не придушил волка?
– Я не сказал тебе, что мой ирбис… он…
– Я понимаю, Нир, – перебила, желая поддержать. – Многие из тех, кто побывал в лаборатории и застрял в полутрансформации или в звериной форме, потом долгое время не могут оборачиваться. Это нормально. И это обязательно пройдёт. Но сказать было нужно, я бы постаралась помочь.
– Нет, Рина, – он мягко улыбнулся. И даже слышать его улыбку было приятно. – Ты не совсем так поняла. Я не боюсь оборота. Мой зверь… он боится.
Я нахмурилась, переваривая сказанное. Зверь боится? Такого что-то не припомню. Звери становились агрессивнее после всего этого, их сложно было удержать и управлять ими. Но чтобы они боялись…
– Чего он боится? Обычно всё наоборот.
– Да. Наверное… Но первое время… Ему доставалось больше меня. Каждый раз из-за оборота он впадал в панику. Мне было так жаль его. Я чувствовал его боль и страх. И когда смог перейти в полутрасформацию, старался его не выпускать, чтобы ему не навредили больше. Лучше мне…
Я едва не нажала на тормоз.
Да, мы с нашими вторыми половинками (в немного ином смысле этого слова) живём как сообщающиеся сосуды. Чувствуем одно и то же, и сложно сказать, кто в итоге кем управляет. Но так сложилось, что всегда звери сильнее. Не только физически. Но и морально – ведь они почти не сомневаются и принимают решения быстро и чётко, основываясь на инстинктах. Они не мучаются дилеммами, не размышляют о пустяках – просто делают. Если на них нападают – они защищаются. Иногда это входит в привычку, которую сложно исправить.
