Лунное молоко полностью

— А можно что-нибудь другое? На защиту? — умоляюще затянула Юлька, и тут снова закуковала кукушка.

— Время! Время теряем! — подхватился бобровой ипринялся подталкивать Юльку к выходу.

Пришлось покориться. Тем более, что обмылок бобровой подобрал сам.

— До баньки поднесу, уж ладно. А дальше — сама, — смешно подворачивая копытца, он поковылял впереди Юльки. — Ты про дрова-то сразу проси, как только чёрный дым завидишь. Не теряйся, не млей со страху — напирай на своём!

— А если ему подарить что-нибудь? — предложила Юлька.

— Хозяин не велит, серчает он на банного. Вишь, в каком запустении банька?

— Вижу. Почему так?

— Не нашего ума дело. Погнать хочет банного. Да разве ж тот добровольно уйдёт? Только если банька сосем развалится. Э-эх!..

Следуя за бобровым, Юлька обошла дом, полюбовалась разросшейся крапивой на задворках. Банька помещалась за нею, среди высоченных и почти непроходимых зарослей просматривалась лишь провалившаяся от ветхости крыша да торчащий на коньке венок из ссохшейся травы.

— Ну, полезай туда! — вручив Юльке вонючий свёрточек, бобровой раздвинул лапами кусты. — Я рядом караулить буду. Если что — кричи!

Стараясь не задумываться о предстоящем разговоре, Юлька сунулась между колючих стеблей и будто наткнулась на стекло. Пройти здесь она не могла — что-то удерживало её на месте, не пускало дальше.

— От я дурак! — бобровой шлёпнул себя лапой по лбу. — Хозяин же на тебя привязку сделал. Чтобы от дома ни-ни! Как я мог про то позабыть!

— Как это — ни-ни? — эта новость совсем не понравилась Юльке. — Я что — в плену? Не могу делать то, что хочу?

— Та не в плену, не в плену, просто… — забубнил бобровой. — Ты смычку перешла, а тута… опасно тута таким как ты! Леса у нас нехожены! Зверьми страшенными кишмя кишат! Ну, как съедят тебя раньше времени? Что тогда?

— Раньше времени? До того, как найду лунное молоко? — Юлька вытаращилась на разоткровенничавшегося домоуправа.

— До того, до того, — закивал тот, и взвизгнул, получив вонючим свёрточком по носу. — Чего дерёсся? Я тебе на банный!

— Всё равно получи! — от возмущения Юльку затрясло. — Признавайся немедленно — я смогу отсюда уйти? После, потом…

— Сможешь… наверное… — пропыхтел бобровой, вытирая заслезившиеся от духовитого обмылка глаза. — Держать силком тебя хозяин не станет.

— Держать не станет, но и помогать — тоже? — Юлька повернула назад к дому.

— Если достанешь лунное молоко — поможет. Только правильно попроси.

— До чего же мне надоели твои непонятные советы! Что значит — правильно? Как я должна просить?

— С умом и хитростью. Не будь простодырой! — огрызнулся бобровой и отобрал у Юльки ненужный теперь обмылок. — Ты только молочко найди, а дальше всё образуется. Давай, проходи в дом, у тебе ещё работы возок.

Почистить печь от сажи самостоятельно Юлька не сумела. Получивший от неё по носу бобровой дулся и больше не спешил помогать. Борьба с крапивой тоже оказалась непосильной задачей — у Юльки не было ни перчаток, ни даже ножа в помощь. Она хотела выполнить хотя бы третье условие и приготовить что-нибудь простое, вроде яичницы. Только в доме ключника не оказалось совсем ничего из запасов.

Так и не разговорив больше насупленного домоуправа, расстроенная и усталая, уселась Юлька на ступени — ждать возвращения колдуна.

Он прилетел к вечеру, еще более мрачный, чем раньше.

Узнав, что работа не выполнена, ругать Юльку не стал, просто велел собираться.

— Куда собираться? — оторопела Юлька. Она не рассчитывала, что её отправят из дома в ночь.

— Погостила и хватит. Иди за чем пришла! Как найдёшь — возвращайся. Вот тебе клубок, он выведет обратно.

Порывшись в карманах, ключник вытащил не клубок даже — комок спутанной травы.

— Не потеряй только. Другого не будет.

— Но… куда я пойду? Я здесь ничего не знаю!

— Это не моя забота! С работой не справилась — подсказок не жди!

— Но почему ночью?

— Чтобы по свету найти. Лунное молоко… оно светится… должно светиться в темноте.

— Я не пойду одна. Я ничего здесь не знаю!

— Дело твоё, — равнодушно пожал плечами колдун. — Лицо вон, почти совсем стёрлось. Ждать недолго осталось.

— Помогите мне! Я заплачу! Вы же можете! — взмолилась Юлька в отчаянии. — А я потом обязательно поищу лунное молоко! Обязательно! Клянусь вам!

— В долг не работаю. — буркнул ключник. — Да и не сниму я с тебя эту кару. Вернуть должна то, что у леса забрано было. А не вернёшь — сгинешь.

— Что забрано? Кому вернуть? — в голове у Юльки закружились картинки видения.

«Кара, кара» — застучало в висках. Точно так, как в тот раз, когда она убегала от чудищ вместе с девочкой Улькой.

— Найдёшь лунное молоко — стану посредником. А нет — думай сама. — ключник прошёл к печи и пропал. То ли слился со стеной, то ли прошёл сквозь стену.

— Уходи, непутёвая! — бобровой потянул Юльку к дверям. — Делай как велит, не зли хозяина!

— Я боюсь! Я не могу ориентироваться в лесу! Куда мне идти? — едва не плакала Юлька.

— Спроси клубок. Он подскажет.

— Дорогу назад он подскажет. Так сказал ключник.