Зола сощурилась. Чип соскользнул с пальца, и она едва успела его поймать.
— Пока что совсем не так замечательно, как можно было бы думать. Вот когда ты говорила о слишком большой ответственности и о том, что боишься всех подвести, это прозвучало очень в тему.
— У меня было такое подозрение.
— Ты обиделась, что я тебе не сказала?
Последовало долгое молчание. У Золы внутри все сжалось.
— Нет, — сказала наконец Ико. Золе подумалось: как жаль, что ее детектор лжи не реагирует на андроидов… и на космические корабли. — Но мне страшно. Раньше я думала, что королеве Леване в конце концов надоест нас искать и мы сможем вернуться домой — или, по крайней мере, на Землю — и снова жить нормально. Но этого ведь никогда не случится, так?
Зола проглотила ком в горле и опять принялась играть с чипом.
— Вряд ли.
Щелк, щелк, щелк.
Медленно выдохнув, она подбросила чип в последний раз и сжала в кулаке.
— После свадьбы Левана собирается убить Кая. Ее сделают императрицей, потом она его убьет, и все Содружество окажется в ее власти. После этого захват остальных стран Союза будет лишь вопросом времени. — Она убрала волосы со лба. — По крайней мере, так мне сказала та девушка. Программистка королевы.
Она разжала пальцы, вдруг испугавшись, что может случайно раздавить чип металлической рукой.
— Но Кай мне нравится.
— Тебе и всем остальным девушкам Галактики.
— Всем? Неужели ты наконец-то и себя туда включила?
Зола покусала губу. Ико, конечно, имела в виду то время, когда Зола дразнила Пиону ее безнадежной влюбленностью в принца, притворяясь, что ее саму такие глупости не волнуют. Но все это казалось теперь таким далеким. Она едва помнила ту девчонку, какой была раньше.
— Я знаю только, что нельзя позволить ему жениться на Леване, — выдавила она с трудом. — Нельзя позволить ему пойти на это.
Она подняла чип к глазам, зажав между большим и указательным пальцами. Новая рука все еще казалась слишком новой. Такой чистой, такой безупречной. Она прищурилась и почувствовала, как по позвоночнику бежит ток. Запястье становилось все теплее, пока рука не начала выглядеть человеческой. Кости, мышцы, кожа.
— Согласна, — заявила Ико. — Так что ты будешь делать?
Зола сглотнула и сменила чары. Рука из плоти снова стала металлической — но не идеальной титановой, а простой стальной, потертой от времени, чуть-чуть маловатой, чуть-чуть слишком тугой. Протез, который она заменила. Который всегда скрывала — обычно под тяжелым, запачканным маслом хлопком. Однажды — под шелком.
Та, кем она была раньше. Кого всегда старалась спрятать.
В углу зрения замигал оранжевый огонек. Она его проигнорировала.
— Я буду тренироваться с Волком. Стану сильней, чем она. — Зола снова подбросила чип. Поначалу вышло неловко — приходилось следить, чтобы пальцы двигались как полагается, чтобы суставы сгибались и разгибались в нужное время. — Найду доктора Эрланда, и он научит меня, как ее побороть. Потом я отыщу девушку, которая запрограммировала этот чип, и она расскажет мне о Луне, о ее системе безопасности и обо всех тайнах королевы.
Щелк. Щелк. Щелк.
— А потом я перестану прятаться.
Мех 6.0 стояла у зарядной стены ангара — один из сотен молчаливых стражей, наблюдающих за спешащими мимо пассажирами с их парящими багажными тележками и возбужденной болтовней. Перед ней возвышался массивный «Тритон», опустившийся посреди ангара и загораживающий толпу. Встречающие сканировали чипы гостей и провожали их на борт. Первый рейс всегда повод для праздника, но этот казался ярче обычного, ведь «Тритон» был самым большим крейсером. Официанты подавали пассажирам бокалы с шампанским, слуги уносили багаж. Женщины были в лучших кимоно, ханбоках[5] и коктейльных платьях. Играл настоящий оркестр.
В окружающей его атмосфере праздника, корабль с его полированной металлической обшивкой и маленькими круглыми иллюминаторами, поблескивающими под лампами ангара, выглядел, с точки зрения Мех 6.0, угрожающим. Он не казался ей таким большим, когда она работала над ним, протягивая провода, спаивая части каркаса и привинчивая защитные панели. Тогда она чувствовала себя и своих собратьев частью этого огромного металлического зверя. Тысячи крохотных движущихся частей, образующие одну эффективную машину. А теперь результат их трудов готов отправиться в плавание, и она больше не может сказать, что как-то связана с ним. Она чувствует лишь свое ничтожество перед его великолепием.
А еще, наверное, она чувствует себя немного брошенной.
Гости смеялись и болтали, обсуждая, сколько космических круизов уже совершили, а также красоту нового корабля и комфорт, который их ожидает, а Мех 6.0 смотрела и слушала, и чувствовала электрический гул, согревающий ее изнутри.
— Все на борт! «Тритон» отчаливает через десять минут. Десятиминутная готовность! Все на борт!
Толпа редела. Раздавались все более редкие монотонные сигналы ID-сканеров, регистрирующих последних гостей. Один трап поднялся и с грохотом закрылся, вибрация отдалась в полу ангара и протекторах Мех 6.0… Закрылся второй трап, третий.
