– Пора гасить огни, – объявила Вока-Лиза. – Свет гасят, и все ложатся спать. В нашем селении очень жёсткое расписание. Все знают – чтобы быть в форме, важно ложиться спать вовремя.
– Вот как? – удивился Штонг. – Я вот ложусь, когда хочу, и прекрасно себя чувствую!
– Так ты лишаешь свой мозг самого полезного сна, – ответила фея. – И он хуже работает днём.
– Благодарю, но мой мозг прекрасно соображает, – обиделся Штонг. – Я один из самых умных в моём селении.
– Ну это как сказать, – фыркнула Тарралея.
– Вы извините, но вам придётся заночевать на улице, – сказала Вока-Лиза, держа в руке факел, слегка освещавший её лицо. – У нас нет комнат, подходящих вам по размеру.
– Не беспокойтесь! – решительно ответил Штонг. – Мы воины. Можем спать где угодно.
На рассвете Эко и его друзей разбудил звук горна. Лампы на стенах зажигались одна за другой. К ним шёл кто-то с фонариком.
– Это Вока-Лиза! – узнала Тарралея.
Штонг повернулся и растянулся на спине.
– Какашка миндальная… – пожаловался он. – Пол в этой пещере ужасно твёрдый.
– Может, ты будешь употреблять другие выражения, поприятней? Например, лилия?
– Ну, если тебе так больше нравится… Какашка лилейная. Пол в этой пещере ужасно твёрдый!
– А где девушка, которая была с нами? – спросил Эко, стоя на четвереньках и почти касаясь спиной потолка.
– Она ушла уже три часа назад, – объяснила фея. – Вы спали без задних ног.
– Ушла? – удивился Талиан.
– Да. Она переживала, что её семья волнуется… Не беспокойтесь: мух-побегун проводил её до дома.
– Познакомьтесь, это побегушка, – объяснила Вока-Лиза, указывая на существо, торопливо выскочившее из ближайшей галереи. – А точнее, мух-побегун. Он отведёт вас к Королевскому дворцу.
Маленький мух с большим налобным фонарём стоял на шести длинных ногах, сложив ещё две покороче на груди. Кончики его лапок были клейкими, так что он мог забираться на стены и даже на потолок, как настоящая муха.
– Привет всей вашей компании, – сказал Побегушка.
Несмотря на увеличительные очки, мух-побегун наткнулся на сталагмит, возвышавшийся перед ним. Его фасеточные глаза представляли собой десятки улавливающих свет секций. Это расширяло поле зрения и позволяло улавливать малейшее движение вокруг, но детали было заметить трудно.
– Это ещё что? – воскликнул мух, ощупав фею. – Простите…
– Мухи-побегуны никогда не останавливаются, – объяснила фея. – Не медлите, вас ждать не станут. Они выполняют свои обязанности и проводят по маршруту, но клиент должен сам быть осторожным, чтобы не лишиться жизни…
– Здравствуйте, – представился Эко, а проводник посмотрел на часы, поднеся их к самому носу. – Меня зовут…
– Опаздываем! – прервал его побегушка, подскочив. – Пошли-пошли!
Едва успев поблагодарить хозяйку, Эко и его друзья вынуждены были устремиться за проводником, который чуть не упал, налетев на стену, но тут же вскочил и направился к галерее.
– По-моему, он не в себе, – отметил Штонг. – Вы уверены, что это хорошая идея?
Мух-побегун, непонятно почему, мчался то по полу, то по стене, то по потолку. Штонг успевал за ним, потому что был небольшого роста, а Эко, Талиан и Тарралея вынуждены были передвигаться на четвереньках. Нужно было быть очень внимательным, чтобы не разбить голову о выступы скалы и не потерять из виду проводника.
– Ух, какашка миндально-лилейная, – заныл Штонг, обращаясь к Эко. – Ты уже три раза меня обогнал…
– Так поднажми! Что же ты такой небыстрый…
– Ах, вот как? – обиделся Штонг. – Давай иди вперёд!
Эко не надо было упрашивать. Он уже привык к скверному характеру друга. Пригнув голову, юный фитос двинулся быстрее. И вот таким образом компания продолжала пробираться через тоннели больше часа.
– Вам не кажется, что становится прохладнее? – заметил Талиан. – Похоже, выход недалеко.
Мух-побегун, не останавливаясь, прыгнул между нитями гигантской паутины и опустился на пол. Но Эко, двигавшийся на четвереньках, паутины не заметил, и она прилипла к его волосам.
– Первый раз вижу такую необычную сахарную вату, – рассмеялся Штонг. – Хорошо, что ты впереди: дорогу расчищаешь!
– Вы видели размер этой паутины? – Тарралея сделала всем знак остановиться. – А ведь где паутина, там и паук…
– Да нету там никого, – постарался успокоить её Талиан.
– По крайней мере, не видно, – уточнил Штонг.
Мух был уже далеко впереди. От его фонаря виднелся только слабый отблеск. Путники оказались почти в полной темноте.
– Смотрите, что это? Вон те красные точки… – заметил Штонг, указывая на десяток огоньков, мерцавших на потолке.
Штонг пошевелил пальцами, и огоньки задвигались.
– Это глаза… – пробормотал оробевший Штонг. – Паучьи глаза… Советую смываться…
И четверо друзей кинулись бежать, преследуемые по пятам пауком. К счастью, галерея стала гораздо просторнее и выше. Фитосы распрямились и кинулись на свет фонаря муха-побегуна, видневшийся впереди. Но добежав, они обнаружили только фонарь, лежащий на холодной земле. Проводник исчез.
– Он нас бросил! – воскликнула Тарралея, глядя, как свет фонаря стремительно тускнеет.
– Наверное, он испугался, услышав наши крики, – предположил Талиан.
