- А ты не понимаешь? – Веталь наклонился к нему, дыша перегаром и ещё чем-то, сладковато-муторным, - Ты же не хотел добровольно станцевать нам приват. Вот теперь потанцуешь недобровольно.
- Нет, нет! – уже с полным отчаянием в голосе кричал Яник, - Паша! Кто-нибудь!
Веталь с размаху ударил его по лицу. Из разбитой губы парня потекла кровь. Из глаз – слёзы:
- Отпустите меня, - жалобно проскулил он, - пожалуйста.
- Выебем и отпустим, - подошёл ещё один из троицы, - а Пашка твой уже бабло пересчитал, что за тебя получил, и десятый сон видит в объятиях очередного красавчика, - он грубо заржал.
- Нет, это неправда, этого не может быть. Паша не мог так поступить. Отпустите!
- Не вопи, - Веталь снова ударил его по лицу, - веди себя спокойно, не так больно будет. А если нам понравится, то мы и тебе бабла отстегнём. Но надо заработать.
С этими словами, Веталь стал пальцами размазывать кровь по губам парня, пытаясь открыть ему рот. Яник замотал головой, но его ещё сильнее потянули за волосы, запрокинув назад голову.
- Не хочешь, значит, по-хорошему?
Продолжая держать парня за волосы, Веталь вытащил из кармана металлический расширитель в виде круга. Дёрнув парня, он резко ударил под челюсть. Яник, клацнув зубами от удара, и прикусив кончик языка, рефлекторно разжал челюсти. Тут же ему между зубами вставили расширитель, затянув ремешки на затылке. В это время две пары чужих рук уже ощупывали его ягодицы, засовывая сразу по три пальца в задний проход, причиняя резкую боль.
- Почти целка, что ж Пашка его не растянул до сих пор? – сопровождали они свои действия грубыми комментариями.
Веталь, расстегнув ширинку, уже пытался просунуть свой член в рот парня. Тот мычал и пытался вырваться.
- Веталь, - это один из тех, кто сзади, - завязывай уже этот цирк, что ты с ним церемонишься?
- Ну, звезда же, - заржал Веталь, - пацаны, вы звезду ебли когда-нибудь?
Пацаны поддержали его ржание своим. Один из них толкал свой член в задний проход Яника, предварительно смочив его слюной. Парень в ужасе дёргал руками верёвки, сдирая кожу на запястьях, тщетно пытаясь вырваться, чтоб не ощущать этой раздирающей анус боли, не ощущать другую боль - тянущую и мучительную от вывихнутых челюстей. Чтобы избавиться от этого ощущения беспомощности, унижения и дикого страха.
Крики парня заглушала музыка, которую включил охранявший дверь тип. Веталь пропихнул свой член почти в самое горло, не давая возможности даже вдохнуть, травмируя стенки слизистой, вдалбливаясь до самого основания. Когда он стал кончать в рот Яна, парня стошнило. Взбешенный Веталь хлестал его по лицу, заставляя проглотить и сперму, и рвотные массы.
Тот, кто был сзади, тоже кончил достаточно быстро. Не успел Яник отойти от этого жёсткого проникновения, как тут же почувствовал вторгающийся раскалённой палкой член другого типа. Второй вошёл быстрее, смазкой служила сперма первого и кровь из разорванного ануса парня. Когда и второй кончил, они решили перевернуть Яна на спину, отвязав для этого одну руку и ногу.
Парень уже даже не кричал, он сорвал себе голос от криков. Стоны и слабое сопротивление с его стороны – вот и всё, что он мог предъявить. На эти стоны никто не обращал внимания. Типы развлекались фистингом. Двое держали за ноги, а третий пытался воткнуть в анус парня руку, сжатую в кулак. При этом они ещё избивали его ногами, советуя расслабиться, а то хуже будет. Позвали того, что стоял у дверей, и который вырубил Яна в кабинете. Сейчас он имел парня в рот, засаживая свой член с какой-то яростной животной страстью.
Внезапно они остановились, услышав треск выламываемой двери. В зал ворвался бармен:
- Мать вашу, вы что творите, - проорал он, бросившись в сторону троицы.
Яник с надеждой взглянул на Ваню, но тут же зажмурился от грохнувшего выстрела. Когда он открыл глаза, тело Ванечки уже лежало на полу, а на груди расплывалось кровавое пятно. Парень зарыдал, в ужасе снова закрывая глаза. От резкого удара по почкам, последовавшего за его плачем, потерял сознание. Очнулся он от невыносимой боли. Его отвязали и теперь насиловали вдвоём, одновременно, перебросив через тело Вани. Ян встретился взглядом с мёртвыми глазами бармена, и снова отключился.
Спустя какое-то время, Веталь, куривший у сцены и, снимавший на камеру происходящее, выбросил окурок и выключил камеру.
- Всё, завязывайте, ребята. Валить пора, пока не попалились. И позвоните Пашке, пусть разгребётся тут. Кровищи – пиздец сколько.
Парни неохотно стали собираться. Один из них, повернувшись в сторону лежавшего на полу парня, сказал:
- Заткнуть бы его чем-то, хлещет со всех дыр.
Веталь, улыбаясь, выбрал на баре початую бутылку вина, вылил остатки. Достав из кармана несколько купюр и пакетик, свернул купюры в трубочку, поместил их в пакет, и воткнул в бутылку. Саму бутылку, горлышком вперёд засунул в задний проход парня. Выпрямился, и ударил ногой по торчавшей между ног Марселя бутылке, вгоняя её глубже.
- Заработал, я думаю.
Отсмеявшись, компания покинула клуб, оставив на полу два лежащих тела. Садясь в машину, Веталь набрал Пашу:
